И к убийству Маргариты Репниной эта история никакого отношения не имеет. А вот то, что вы, — он улыбнулся Марьяне, отдавая дань ее исследовательским способностям, — смогли найти о самоубийстве ее клиентки, на мой взгляд, очень важно.
— Да, кто-то из родственников погибшей молодой женщины вполне мог захотеть отомстить, — задумчиво сказала Галина Анатольевна. — Однако это очень сложно сделать, очень. Нужно было узнать, что семья Репниных собирается в круиз, задумать преступление, забронировать каюту, а потом еще хладнокровно воплотить свой замысел в жизнь.
Представляете, какой характер для этого нужно иметь?! Не такой, как у слизняка Артема, мужа убитой, не такой, как у рассеянного чудака Ковалева… А вот Ирина, к примеру, вполне может подойти. В тихом омуте, как говорится… Она же выслеживала кого-то и даже переодевалась для того, чтобы ее не узнали. Ее «ромашки» — это спецодежда, маскировка… Мы, конечно, думали, что она следит за кем-то из олигархов, но точно этого утверждать не можем.
Вполне возможно, что она выслеживала именно Маргариту.
— Ой, Ирина, — всполошилась Марьяна. — Я совсем забыла! Она же подходила ко мне, когда я сидела на палубе. Советовалась, что ей делать, если она точно знает, что один из пассажиров «Посейдона» — не тот, за кого себя выдает. Я пыталась отправить ее к вам, Олег. Она не подходила?
— Нет, — Веденеев покачал головой и нахмурился. — Но это очень важная информация. Что значит «не тот, за кого себя выдает»?
— Я не знаю, она говорила очень уклончиво и страшно волновалась.
Сказала, что боится капитана, и тогда я предложила все рассказать мне. Она пообещала сделать это попозже, но больше я ее не видела.
— Поразительная беспечность, — голос Олега Веденеева звучал сердито. — Марьяна, неужели вы не понимаете, что это все очень серьезно? Вы должны были сразу схватить ее за руку и притащить ко мне. И ни в коем случае не предлагать ее выслушать. Это очень опасно. Тот, кто убил Маргариту, сделал это холодно и цинично.
Этот человек ни перед чем не остановится.
— Он подбросил мою таблетницу…
— Что?
— Таблетница, которую вы подняли в каюте Риты, моя. Но у меня не было с собой дигоксина. Я даже никогда в жизни не слышала о таком лекарстве. Накануне я давала таблетницу Елене Михайловне. Помните, она расстраивалась из-за кольца… И потом никак не могла ее найти. Получается, что убийца выронил ее у постели своей жертвы? И в этом случае все указывает на Елену.
