Значит, есть что-то, о чем Марина, увы, не знала.
– Собирайся и вали к нему. Делай что хочешь, хоть на крыше его тачки голая пляши, но чтобы завтра все работало! – продолжал заходиться Мастиф.
– Холодно – голой-то на крыше, не май месяц, – лениво протянула она, лихорадочно соображая, что все-таки произошло.
Крикнув Волку, чтоб собирались, Марина начала одеваться. Она-таки избавилась от Корейца, заставив Мастифа сменить его на Касьяна – молодого, спокойного парня из розановских.
– Иначе однажды я возьму топор и отрублю его узкоглазую тыкву, которую он почему-то именует головой! – пригрозила она как-то, и старик, захохотав, согласился.
Касьян оказался вполне нормальным пацаном, с Волком они быстро поладили, так что вокруг Марины теперь царили мир и покой.
Тщательно накладывая макияж, она пыталась построить в голове схему разговора, но не выходило. Какая муха укусила Егора? Ведь Марина и Мастиф не нарушали своих обязательств, не было ничего такого. Ладно, разберемся.
Но на месте выяснилось, что уже весь город судачит о том, что фирма Малышева отказалась работать с «Империей удачи», только владельцы последней как-то не в теме.
Выйдя из «мерина» на парковке, Марина поймала на себе взгляд какого-то жирного упыря, стоящего возле «БМВ» последней модели. Он таращил свои зенки и делился впечатлениями с сидящим в машине:
– Видишь, какая телка? Это Коваль, новая хозяйка «Империи удачи». Говорят, шлюха первоклассная. Плохи, значит, дела у Мастифа, раз тяжелую артиллерию в ход пустил! Малышев разорвал соглашение, вот она и прилетела уговаривать.
Прикинь, как она это сделает? Дорого бы я дал, чтобы меж этих ног занырнуть, да этот рот почувствовать на своем хозяйстве!
Оба заржали. Коваль, повернувшись на шпильке сапога, вернулась и, взяв стоящего за борт пальто, впилась в его рот, измазав всю морду помадой. Оторвавшись, заглянула в глаза, а рукой с размаху схватила прямо за восставшее хозяйство, сильно сжав пальцы. Мужик скорчился от боли, а она, продолжая смотреть в глаза, произнесла:
– Теперь сдохнешь с ощущением счастья.
Выпустив многострадальный агрегат, Марина как ни в чем не бывало в сопровождении Волка и Касьяна пошла в офис Малышева. В лифте подкрасила губы, подмигнув давящимся от смеха телохранителям:
– Вот так, пацаны, никто не посмеет назвать Марину Коваль шлюхой!
Они довольно захохотали, привыкнув уже к ее иногда странным, мягко говоря, выходкам.
Секретарша Малыша попробовала остановить ворвавшихся без спроса агрессоров.
