– Это звучит как вызов. Но ты же знаешь, Джо, что я слегка глуповат для подобного.
Подмигнув, я вновь дернул за воротник рубашки. Как же достал этот костюм. Мне хотелось поскорее избавиться от него, как и от этого дерьмового дня. Но это никак не отразилось на моем довольном лице.
– Скажи, Байрон, стоит ли мне поискать юриста?
Она наклонилась вперед и поставила локти на стол. Локти на чертовом столе? В детстве Джозефина отшлепала бы меня, вздумай я пренебречь правилами этикета. А ее братец добавил бы потом пару ударов ремнем в библиотеке.
Поджав губы, я похрустел шеей с таким видом, будто обдумывал ее слова. У меня-то уже давно был юрист. Самый мерзкий из ублюдков, когда-либо изучавших право. Я сам. Я мог казаться равнодушным, бессердечным и бесчувственным, но мачеха прекрасно знала, что у меня мало нашлось бы конкурентов в профессионализме.
К тому же я поговорил с Эли Купером. И он согласился представлять мои интересы в том случае, если отец действительно что-то оставит ей и мне придется оспаривать его волю.
Я хотел, чтобы она осталась без гроша в кармане. И дело было не в деньгах. А в справедливости.
Официантка вернулась с моей кредитной карточкой. Я оставил ей чаевые в размере суммы чека, а затем поднялся, оставляя мачеху за столом с ее недоеденным блюдом. Моя же тарелка оказалась чиста. Как и совесть.
– Конечно же, ты можешь поискать юриста, мамочка, – сказал я, натягивая на плечи кашемировое пальто. – Честно говоря, это лучшая идея из всех, что когда-либо приходила в твою голову.
Глава шестая
ЭмилияДесять лет назад– Ты точно не хочешь вернуться на вечеринку? – спросила я у Дина между останавливающими дыхание поцелуями.
Он уткнулся носом в мою ключицу и прижался к коже припухшими за последние полчаса губами. Мы целовались до тех пор, пока во рту не пересохло, а губы не онемели. Мне нравились его поцелуи. Он явно умел целоваться. Немного слюняво, но в целом неплохо. К тому же мы еще пока выясняли, что именно нам нравится. Так что со временем все могло стать еще лучше. Я не сомневалась в этом.
– Вечеринку? Какую вечеринку? – Дин потер затылок и нахмурил брови. – Прекрати это дерьмо, Милли. Я даже не замечал, что там творилось. Потому что обдумывал, как проведу время с девушкой, которая по вкусу напоминает мороженое и рисует как Пикассо, – хриплым и осипшим голосом сказал он.
Я не стала придираться к его сравнению с Пикассо, потому что рисовала совершенно в другом стиле, но комплимент оценила. Кажется. Ладно, это меня немного задело.
