— Полностью с вами согласна, Виктор Иванович, — голос пришлось контролировать. — Если предложение звучит как сугубо деловое. К сожалению, эскорт-услуги моим контрактом не предусмотрены.
Они некоторое время смотрели друг на друга.
— Мне нужен этот человек, — резюмировал Ларионов и вышел.
* * *— Денис, ты помнишь, какой сегодня день?
— Да, конечно, — будто он хотя бы один год забывал.
— Заедешь за мной?
— Слушай, пап… — Денис стоит у окна. Пейзаж откровенно уныл даже в городе. Что уж говорить о кладбище.
— Дождь идет. Там грязь несусветная. Давай в другой день, — он не стал говорить, что жутко устал и что спина ноет, а до Рудика он так и не дошел.
— Воля твоя, — тон Валентина Денисовича сух. — Я и сам прекрасно доберусь.
— Не сердись, — чего и следовало ожидать. Отец будет верен себе до конца. — Я за тобой заеду. Ты работу закончил?
— Да, — в голосе Батюшко-старшего слышно удовлетворение, которое он и не пытается скрыть. — Бумажки пописываю. Денис, я конфеты и остальное купил.
Жду тебя.
— Денис Валентинович!
Дождь прекратился — и то благо. А вот давешняя блондинка на крыльце, дочка Зеленского, — это сюрприз из разряда неприятных. Денис недооценил ее настырность.
— Слушаю вас. Только по возможности кратко — я тороплюсь.
— Давайте я вас подвезу.
Как же он это не выносил, категорически просто. Конечно, вся из себя такая крутая бизнесвумен на крутой тачке. И непременно надо всем и каждому это продемонстрировать. Машина у нее — наверняка какой-нибудь монстроидальный джип, из-за руля которого ее и не видно толком.
И она его даже припарковать нормально не может. Зато всем и каждому сразу понятно, что у нее тоже есть яйца. Стальные причем. Комплекс Наполеона в действии: чем меньше пенис, тем больше машина. А уже если пенис вовсе отсутствует, а показать свою крутизну очень хочется…
— Прошу, Денис Валентинович, — молодая женщина приняла его молчание за согласие. — Вон моя машина.
Ну да. Дэн и не сомневался.
Какой-то серый здоровенный выкидыш корейского автопрома. Чего же еще ждать?
— Она у вас, конечно, просто нереа-а-ально крутая, — он ничего не мог, да и не хотел, поделать с издевательскими интонациями. — Но вряд ли в ее багажник влезет моя скромная шевролюшка. Или что, на веревке потащите?
— Что, простите?
— Ну вы же хотели меня подвезти? А я без своей машины никуда не поеду. Так что…
Она вздохнула.
— Простите. Я неудачно начала разговор.