Нет, ударить! Плюнуть в него за то, сколько преступников разгуливает на свободе с его легкой руки. В одно мгновение демоническая акула отряхивает пиджак, словно я его выпачкала, и идет к выходу.
К моему ошеломлению… он оборачивается перед тем, как покинуть суд.
Я сглатываю. Адвокат смотрит на меня. А я – на него.
Какого черта?
Глава 2"
"Тишина. Прохладный запах ноября. Кусая щеку изнутри, я захожу в лифт на парковке. Поднимаюсь на последний этаж. Бывший уже должен был приехать.
Неосознанно считаю этажи.
Второй… Зачем я согласилась? Третий… Его нельзя прощать. Четвертый… А если он не виноват? Пятый… Конечно, она его связала и изнасиловала… Шестой…
Последний этаж. Пустота. Несколько автомобилей ютятся по углам. Этаж почти не освещен. Хочется крикнуть «Ау!», чтобы не чувствовать себя героиней фильма ужасов, но сомневаюсь, что кто-то мне ответит. И почему нужно встречаться именно здесь?
Хорошо еще, что парковка крытая. На улице пять градусов, а я в платье и легком пальто! После практики должна была ехать домой, а не сновать по безлюдным закоулкам.
Каблуки цокают по бетону. Слишком громко… В звенящей тишине я, как добыча, призываю хищников. Вот она я, дорогой маньяк! Хватай, пока не опередили. И зачем послушала Венеру? Надела бы утром кеды, как обычно, и не парилась.
Каждый шаг кажется вечностью. Огибаю колонну и вижу Макса.
Он опирается на блестящий алый кроссовер, который отец подарил ему на день рождения. Весь такой расслабленный, уверенный в себе. В одной руке букет алых роз, штук тридцать, не меньше; в другой – телефон.
Что-то пишет.
Я хмурюсь. Неужели он даже сейчас переписывается с девушками? И почему я раньше не замечала?
Макс отрывает взгляд от экрана и расплывается в белоснежной улыбке Бреда Питта. Он всегда так делает. Улыбнется – и девчонки лежат в обмороке. Когда-то я тоже таяла от этой гримасы. Как и от взгляда на его широкие плечи, от запаха его парфюма. Миндаль и апельсин… А волосы пахли дымом…
Мотаю головой, чтобы прогнать образ его бицепсов.
Сердце ускоряет ритм. Предатель, предатель, предатель… Повторяю как мантру.
– О чем ты хотел поговорить? – спрашиваю сухо, но голос дрожит.
Останавливаюсь в двух метрах от Макса, скрещиваю руки на груди, стараюсь сохранить расстояние между нами, но бывший делает шаг навстречу.
– Привет. – Он протягивает цветы. – Хочу извиниться.
Молчу. А что говорить? О чем я вообще думала, когда шла сюда? Розы беру, но режусь об оберточную бумагу.
