– Венера наверху, – подсказывает Дремотный, берет меня под локоть и ведет следом.
– Какой у тебя огромный дом, – восхищаюсь я. – Не знала, что твоя семья богата.
– Фамильное поместье, скажем так, – улыбается он. – Мы не то чтобы богаты. Дом придется продать. Тяжело содержать. Живем на доходы от акций, но они давно себя изжили.
Я прикрываю глаза от света диско-шара.
– Как вы умудрились пришпандорить его к потолку? Дотуда не меньше шести метров, – кричу на ухо Дремотного.
Музыка играет так громко, что на столах шатаются стаканы.
– Без понятия. Все делал Червонец. Вон он, кстати.
– Его сложно не заметить.
Рыжеволосый Червонец смастерил себе трон из пустых бутылок и развлекает публику. Мы скрываемся в коридорах второго этажа. Здесь шепчутся девчонки и страстно целуется парочка. Я ускоряю шаг, но, когда Дремотный открывает дверь в темную комнату, замираю.
– Что там?
– Моя спальня.
– Венера в твоей спальне?
– Ага.
Его самодовольная улыбка вызывает нервный зуд между лопатками. Я ныряю в комнату, надеясь, что Венера не лежит пьяная в чужой постели.
В комнате горят свечи и сандаловые палочки. Ветер гоняет занавески у двери на балкон. Слышно, как по карнизам стучат капли. Температура на улице плюсовая. Вместо снега срывается дождь. Иногда сверкают молнии.
Дремотный моргает и косится на окна так, будто передает мне сигналы азбукой Морзе. До меня доходит, что на балконе кто-то есть. Ежась, я выползаю на холод.
– Чокнутая! Околеешь! Вся промокла! – ужасаюсь я.
Венера стоит, облокотившись о перила.
На ней длинное бордовое платье с декольте и накладные волосы, заплетенные в косу, которая тянется до колен. Рапунцель, видимо. Она поворачивает голову и смотрит на меня удрученно. Я открываю рот. Венера, испортившая под дождем макияж, грустная и задумчивая, вроде тот же человек, но одновременно совсем мне незнакомый.
– Не знаю, что случилось между вами. И возможно, Глеб тебя обидел, – говорит подруга, пряча взгляд под ресницами. – Однако… это нечестно: злиться на меня за то, что я чувствую.
– Я не злю-ю-юсь, – беру ее за руку и тяну в спальню. – Я боюсь за тебя."
"Венера не двигается с места. Замечаю, что она плакала, и поджимаю губы, киваю Дремотному с намеком: оставь нас.
Парень уходит. Я обнимаю Венеру за плечи. Приятный запах грозы сливается с ароматом тибетских благовоний. Неудивительно, что Дремотный пропах травами.
– Почему ты боишься? – сипит дрожащая Венера.
С нее течет вода. Я никогда не видела ее настолько раздавленной.
