Но если ты настолько глупа, что хочешь и дальше бегать за ним хвостом, то учти: я тоже за тобой слежу. И если не испаришься, детка, то сильно пожалеешь. А если еще и оступишься… а ты оступишься. Я знаю. Ты уже оступилась, когда начала крутить шашни с Шестеркой.
– Ты не убьешь меня.
– Зачем мне ты? Неравноценно. Испортишь жизнь дорогому для меня человеку, я испорчу жизнь дорогим тебе людям. Начнем… с Венеры.
Я столбенею, медленно поворачиваю голову.
– Что?
Глеб усмехается.
– Твоя подруга очень даже… очень ничего.
Милая. Жаль будет, если с ней случится беда.
– Это с тобой она время проводит?! – в ужасе подпрыгиваю.
– Я умею быть, как это говорится… ах да, обольстительным!
– Если ты ее обидишь, я…
– А ты не давай повода, – перебивает Глеб. – Может, у тебя и есть защита, а вот у нее нет. Нет ее и у твоих родственников, не так ли? Исчезни из моего поля зрения как можно скорее, или будем разговаривать на другом языке. Более доходчивом. А теперь… – он склоняется, обхватывает мой подбородок, заставляет посмотреть в его серо-голубые глаза и рычит в лицо: – убирайся из этого дома.
Сейчас же!
– Иди к черту!
Я выворачиваюсь, но Глеб хватает за запястье, дергает и придавливает мою руку к подоконнику, из-за чего я падаю на колени.
Второй рукой парень обхватывает мою шею. Он делает это по инерции, но меня сковывает ужас воспоминаний и, нащупав первый попавшийся предмет, я размахиваюсь – ударяю по кулаку, которым Глеб сжимает мое запястье.
Только вот предметом…
Оказывается скальпель!
Глава 28
– О боги, что у вас стряслось?
Когда Стелла заходит в оранжерею, мы с Глебом стоим вплотную друг к другу.
Он – ошарашенный.
Я – испуганная.
То, что мы ругались, невозможно не заметить, даже Глеб пунцовый от злости, а его кожа всегда гипсово-белая. Про окровавленную ладонь парня и говорить нечего! Меня бьет мелкая дрожь, пока смотрю на его рану, до сих пор не понимаю, как могла это сделать.
Я безмерно рада Стелле!
Боялась, что Глеб воткнет мне этот скальпель в глаз.
Когда он выдернул лезвие из кисти и медленно перевел взгляд с острия на меня, открывшую рот, казалось именно так.
– Я… мы… – заикаюсь.
– Глеб, что с рукой? – удивляется Стелла и пересекает оранжерею.
– Порезался, – выдавливает парень сквозь зубы. – Случайно.
Ага, случайно. Между его пальцев кровь водопадом хлещет! На полу алая лужа.
Стелла окидывает меня внимательным взглядом. Я едва не плачу.
