Внезапно он наклоняется…
И целует меня!
Я опоминаюсь, только когда чувствую чужой язык во рту. Вкус джина. Всего три секунды – и Виктор отстраняется. Я даю ему пощечину. Без единого слова. Он облизывает губы и вновь поворачивает голову, рассматривает меня, остолбеневшую и дрожащую, потом с усмешкой выдает:
– Все? – вскидывает он темно-русые брови. – Не зацепило?
– Что… как… что?!
Я заикаюсь. По голове словно молотком ударили и вышибли мозги: они давно где-то позади, сползают по стене и орут ругательства вместо меня.
– Успокойся, – смеется Шестирко. – Дыши ровнее.
– Зачем ты это сделал?!
– Чтобы моя мнительная спутница перестала забивать голову ерундой. Я лишь вывел тебя из сексуальной прострации, пока ты не пойми чего себе не напридумывала.
– Что?
– Разорвал искрящийся ком эмоций, говорю, который ты зачем-то транслировала на меня. Хотя объект твоей страсти далеко не я. Теперь мы можем смотреть друг на друга спокойно, когда ты поняла, что близость ради близости не так притягательна, как кажется?
– Ты чокнутый, – неожиданно для себя взвизгиваю и давлюсь истеричным смешком.
– Устал видеть это напряжение в твоих глазах, извини, – ухмыляется он, похлопывая меня по плечу. – Я к тебе не подкатываю. И затаскивать в постель не собираюсь. Ты, конечно, девушка красивая, но я уже говорил, что у меня другие приоритеты.
Он тянет меня за локоть обратно к стойке. Я моргаю. Оторопело кусаю губы. Однако какой-то барьер Виктор правда сломал, и теперь мне проще на него смотреть.
Я выдыхаю.
Ну и псих!
– Так глядишь, солнце, будто я тебя не поцеловал, а отшлепал.
Хихикая в рюмку, Виктор подмигивает мне, а я обиженно толкаю его в плечо, и капли джина выплескиваются, остаются на коричневом пиджаке, но мужчина не перестает издевательски щериться.
До следующей секунды.
Взгляд янтарных глаз цепляет кого-то в толпе. Я поворачиваюсь на стуле, ибо такого перекошенного выражения лица у Виктора никогда не видела, и на виновника, вызвавшего такую реакцию, просто нельзя не посмотреть.
О все святые и проклятые! Нет, нет, нет!
Я мгновенно вычисляю, на кого Шестирко уставился.
И этот человек тоже буравит нас взглядом, хотя на его бесстрастном холодном лице нет эмоций."
"Все мое тело вспыхивает. Горит! Я начинаю задыхаться и впиваюсь ногтями в юбку.
Вокруг человека крутятся девушки, ожидая внимания, ведь мужчина, как всегда, великолепен. Черный костюм и длинное пальто. Высокий. С сильным телом и жестким, но красивым лицом. Каштановые волосы, зачесанные назад.
