После бани я спала как младенец, крепко и без сновидений, зато чувствовала себя отдохнувшей.
Вскорости Матрёна принесла на подносе лёгкий завтрак. И как только я с ним покончила, в комнату ворвалась Маша, а за ней вошла и Екатерина Николаевна.
— Софья! — кинулась малышка обниматься. — Можно я поеду с тобой в одной карете?
— Можно, — улыбнулась я, разглядывая девочку. Она уже успела нарядиться в розовое кружевное платье.
— Барышня, не мешайте мне готовить Её Светлость в венчанию, — строго посмотрела Агафья на маленькую хозяйку.
— Нам ещё столько сделать нужно.
Мария послушно села на стул, улыбаясь, и стала наблюдать за горничной, как та водит гребнем по моим длинным волосам, а потом долго укладывает их в красивую причёску. Агафья сделала мне лёгкий макияж, припудрив лицо и нанеся румяна.
Затем меня затянули в корсет, но я потребовала ослабить шнуровку. Не хватало ещё в обморок грохнуться в церкви от недостатка кислорода. На что Агафья фыркнула, бросив замечание: «Ладно, барышня, вы и так тростиночка».
Когда меня облачили в подвенечный наряд, я встала перед большим зеркалом, разглядывая себя.
Белоснежное платье подчёркивало талию, а неглубокое декольте выгодно обрамляло грудь. Всё же Дарья Ефимовна прекрасная швея, учла все достоинства и недостатки моей фигуры.
— Господи! Софья Андриановна, какая же вы красивая! — всплеснула руками Агафья.
— Правда? — подмигнула я Маше, которая сидела с открытым ртом.
— Очень, — с придыханием ответила малышка. — Я таких красивых невест ещё не видела.
— А многих ты видела? — ухмыльнулась я, понимая, что вряд ли она была на чужих свадьбах.
— Ни одной, но ты очень красивая, Софья, — улыбалась она по-детски наивно.
— Правда, дочка, ты очень красивая, — заверила меня матушка, подойдя ко мне. В её руках я заметила небольшую икону.
Горничная, увидев образ, перекрестилась и тут же покинула комнату, уведя за собой Марию и оставив меня с Екатериной наедине.
— По традиции я должна благословить свою дочь перед венчанием и передать нашу семейную реликвию — икону Божьей Матери, — сдавленным голосом произнесла матушка, и в её глазах заблестели слёзы.
— Прошу тебя, София, прими моё благословение. Я искренне желаю тебе счастья. Надеюсь, невидимая нить, что связывает тебя с моей дочерью, передаст ей часть этой благодати. Граф Зотов хороший человек, он точно не обидит тебя. Будьте счастливы. Если честно, я надеюсь, ваш брак рано или поздно превратится в настоящий и я понянчу внуков.
— Спасибо, матушка, — я склонила голову.
