— В следующий раз сначала убедитесь, что нога освободилась из стремени. Это хорошо, что Аврора смирная лошадь и осталась стоять на месте.
— Простите, — я потупила взор, понимая, что сама виновата и поцелуя мне не видать. — Обещаю, больше не такого не повторится.
— Барин! Чем я могу помочь? — тут же нарисовалась Настасья, забежав в комнату.
— Принеси небольшое полотенце, смоченное в холодной воде, — отчеканил граф.
— И мой саквояж, пожалуйста, захвати, — решила я воспользоваться случаем. — Он остался во дворе у Егора.
Горничная кивнула и выбежала, закрыв за собой дверь.
— Я осмотрю вашу ногу, — тоном, не терпящим возражений, произнёс граф, присаживаясь на край кровати.
Я кивнула. Он аккуратно поднял мои юбки до колен, сначала снял сапог со здоровой ноги, потом принялся за другой, стараясь делать это бережно, и не спешил, чтобы по возможности не тревожить повреждённую ногу. Однако я всё равно чувствовала боль и невольно кусала губы.
Когда его пальцы коснулись шёлкового чулка у колена, приятные мурашки побежали по моей коже.
Затаив дыхание, я наблюдала, как он медленно снимает мой интимный предмет одежды. Константин не торопился, словно ему нравилось делать это, и на мгновение я даже забыла о боли. Освободив мою ногу от лишнего, муж аккуратно осмотрел стопу. Взял подушку и подложил её мне под лодыжку.
— Похоже, вы потянули связки, — в голосе у него вдруг появилась хрипотца. Константин поднял глаза и пристально посмотрел на меня. Тёплая волна неги прокатилась по моему телу от его взгляда.
— Да, похоже на то, — чуть дышала я, а его пальцы нежно прикоснулись к моей обнажённой стопе, двигаясь вверх к колену. От этой ласки сердце моё забилось ещё быстрее. Что он делает?"
"— Софья… я… — муж смотрел на меня, подбирая слова, и я ждала, что он сейчас наконец-то поцелует меня и скажет, что любит…
Но в этот момент хлопнула дверь — вернулась горничная, неся в одной руке мой лекарский саквояж, а в другой небольшое блюдо с холодной водой, где мокло хлопковое полотенце. Всё очарование сразу пропало, граф снова нахмурил брови и отвёл взгляд.
С самым серёзным видом он наложил холодный компресс на мою лодыжку.
— Настасья, смачивай полотенце через каждые три минуты и прикладывай к ноге Софьи Андриановны, — строго посмотрел хозяин на прислугу. — И так полчаса, не меньше. Я приду позже и наложу тугую повязку.
— Хорошо, барин, — кивнула горничная.
Муж даже не посмотрел на меня и вышел прихрамывая. Трость его осталась где-то во дворе. Я тяжело вздохнула.
