Развернувшись на сто восемьдесят градусов, спотыкаясь о порог, захожу в дом. Герман следует за мной.
- Собирайся – поехали.
- Куда? Общага на лето на ремонт закрывается.
- У меня поживешь.
О, Боже. Это не сон? Жить с Германов в его шикарной квартире? Быть его девушкой?
Неверяще глядя в его глаза, стою, как вкопанная.
- У нас будут отношения?
- Называй, как хочешь.
Видимо, устав ждать, когда я расшевелюсь, поднимает с пола мою дорожную сумку и начинает пихать в нее все мои вещи. Джинсы с толстовкой, висевший на спинке льняной сарафан, шорты и майку.
- Это все? – обводит глазами комнатку.
- Все.
- Ну, тогда в путь-дорогу.
Развернув меня за плечи к выходу, легонько подталкивает в спину.
- Документы не забыла?
- Они в рюкзаке.
На ходу подхватывает висящий на крючке рюкзачок и открывает передо мной дверь.
- Герман, а как же… - лепечу растерянно, глядя, как он проворачивает ключ в навесном замке.
- Что?
- Работа… меня же там ждут завтра.
- Позвони и скажи, что не приедешь.
У него всегда все так просто! Но делать нечего, жутко нервничая, я звоню Насте и предупреждаю, что больше не приеду.
А затем, скомкано объяснив ошарашенной тете Люде причину своего отъезда, отдаю ключи от дома.
Уже сидя в машине, рядом с Германом, все в том же халате и с распущенными волосами, я начинаю сомневаться. А правильно ли я поступила? Не придется ли в ближайшее время вновь звонить Петренко?
Но бросив взгляд на Греховцева, немного успокаиваюсь. Ну, не вижу я причин ему меня обманывать.
- Видела, что в Вузовских чатах про тебя пишут? – подает он голос, глядя на дорогу.
- Меня там нет, но я наслышана… Что, похищение святого Грааля тоже на меня повесили?
Герман негромко усмехается, после чего, удерживая руль одной рукой, открывает в своем телефоне чат и передает его мне.
- Почитай.
Хм… Пролистываю несколько сообщений ни о чем и вдруг вижу целый опус от Инги, в котором она слезно просит у меня прощения.
Чего?! Чувствуя, как выкатываются из орбит мои глаза, читаю ужасающие своим цинизмом откровения готки.
Она рассказывает, что Нечаева шантажом заставила ее подкинуть мне свой телефон, а затем обвинить в воровстве. Что, якобы, она долго сопротивлялась, так как испытывает ко мне самые теплые чувства, но в итоге согласилась, потому что побоялась отчисления.
- Соловьева балуется травкой, и Нечаева это знает, - комментирует Герман негромко.
Бросив на него короткий взгляд, возвращаюсь к чтению. Дальше следуют комментарии.
