Иду, внимательно глядя под ноги, чтобы, не дай Бог, не наступить на скрытую зеленой травой разбитую стеклянную бутылку и консервную банку. Дохожу до угла дома и сворачиваю к крыльцу. Только подняться на него не успеваю.
По коже идет мороз. Рецепторы сигналят об опасности.
Замерев на секунду, оглядываюсь через плечо.
Так и есть. Опираясь двумя локтями о кривую калитку, по ту сторону забора стоит Греховцев. Глядя на меня исподлобья, буквально прожигает взглядом.
Наши безмолвные гляделки продолжаются секунд пять, после чего я делаю то, чего никогда не смогу объяснить с точки зрения логики.
Спрыгнув с крыльца, ныряю в узкий проход между домом и сараем и пускаюсь в бег. Пробежав вдоль построек, оказываюсь на заднем дворе. Там, где раньше у нас был сад, а сейчас густые заросли неухоженных плодовых кустарников и сорняков по колено.
- Ай! – шиплю, ужалив ногу крапивой.
Пригнувшись, пролажу под корявыми ветками, теряя в них полотенце с головы, и вылетаю к полуразрушенному забору.
Быстро оглянувшись, замечаю за кустами очертания фигуры Германа.
Действуя на инстинктах, сигаю через штакетник и бегу через луг в сторону леса. Сердце, рискуя проломить ребра, тарабанит в груди отбойным молотком.
Лечу, не чувствуя ног, и слышу за спиной шелест травы и тяжелое дыхание.
Он меня догоняет, но я, вместо того сдаться и остановиться, ускоряюсь. Перепрыгиваю через трухлявое поваленное дерево и поворачиваю к чаще.
Герман не отстает, но и не останавливает меня. Словно играет со мной в кошки-мышки.
Ну, и пусть.
Бегу, не оглядываясь, пока не начинает колоть в боку. Достигаю деревьев и чувствую, как застрявшая в высокой траве нога подворачивается, а в следующее мгновение я всем корпусом уже лечу вперед, прямо на колючий кустарник."
"Только упасть не успеваю. Герман ловит меня буквально в десяти сантиметрах от земли. Переворачивает мое тело на себя и приземляется на спину.
- Набегалась? – спрашивает он, обдавая висок горячим дыханием.
Не набегалась. В моей крови еще кипит адреналин.
Толкнув его локтем в живот, вырываюсь и пытаюсь с него скатиться. Герман мне это позволяет, только отпускать не собирается. Перевернув меня на спину, придавливает своим телом к земле.
- От-ва-ли! – хриплю с натугой.
- Ну, да… я же для этого сюда и приперся…
Полностью меня обездвижив, склоняется над моим лицом и впивается взглядом в мои глаза. Я замираю, как кролик перед удавом забываю, что должна сопротивляться.
- Я тебя внимательно слушаю, Ра-я.
