Вот уже пятнадцать минут я наблюдаю, как её обхаживает перекачанный Буцефал в пидорских джинсах. Вот у кого дружок давно задохнулся и сдох.
Придурок показушно напрягает мышцы, облокачиваясь на крышу своей машины, но матрёшка будто не замечает этого позёрства. Хихикает над тем, что он говорит, перетаптываясь на своих убийственных ногах.
Красный «Корвет», серьёзно? У нормального мужика тачка должна быть чёрной. А красный цвет — это уже компенсация, и судя по его ширинке, как у пластмассового Кена, там ещё и крыша откидывается.
Конь достаёт телефон и суёт его в руки матрёшке. Теперь они вместе в него уставились. Наверняка он показывает ей свои фотокарточки в плавках, а то вдруг этот гидрокостюм не каждый выступ на нём облепил. А пока матрёшка смотрит в телефон, он взглядом уже свил гнездо в её декольте. Которое, мать его, всё ещё приоткрывает расстёгнутая на три пуговицы блузка. Ага, выждал положенное время и просит её номер — как удобно, ведь телефон-то у неё уже в руках. Казанова восьмидесятого уровня.
Пора папочке вмешаться."
"Отрываюсь от двери своей «Багиры» и иду к ним. При виде меня матрёшка нервничает, смотрит насторожённо, словно я сейчас кролика из трусов достану. Подмигиваю ей и поворачиваюсь к её ухажёру. Нет, ну что она в нём нашла? Фродо Бэггинс на стероидах. И в глазах похоть. Ясен пень, он уже представляет, как залезет матрёшке под юбку. Только вот хер ему, а не её чулки с поясом и трусики с камешками.
— Гас Леджер, — протягиваю Буцефалу руку, с удовлетворением отмечая, что он ниже меня на полголовы.
— Брат Сла-вы и её непосредственный начальник.
При намёке на родственную связь плечи недостойного расслабляются, и он выдаёт мне хлипкое рукопожатие.
— Алан Хичкок.
— Случайно, не родственник сэра Альфреда? — уточняю на всякий случай.
Буцефал несколько секунд непонимающе хлопает глазами, после чего решает взять «помощь зала» и оглядывается на матрёшку. Крошечный член и интеллект ротвейлера, чего ещё ожидать от владельца красного спорткара.
— Мы немного заняты, Гас, — кривит губы Сла-ва и демонстративно поворачивается ко мне спиной. — Так ты тоже живёшь в Форест Хиллс, Алан?
Вот оно что. Императрица выбрала себе ездового жеребца на распродаже. Тот открывает рот, но я его опережаю:
— Сестрёнка, сиденье уже устало, ожидая тебя, — обнимаю матрёшку за талию и притягиваю к себе, — и я тоже.
— Какого хрена ты делаешь, — шепчет она сквозь зубы, и в этот момент я смачно шлёпаю её по заднице.
