"
"— Милая, к сожалению, на это совсем нет времени. Твой рейс задержался на два с половиной часа, а Колин уже подтвердил Гасу встречу.
Гас — единственный и обожаемый сын Колина. Ни один разговор с мамой по скайпу не обходился без дифирамбов этому парню. Примерный сын, с отличием окончил Гарвардскую школу бизнеса, вежливый и обаятельный, принял на себя руководство фирмой, когда в прошлом году врачи диагностировали у Колина болезнь Лайма. Двадцативосьмилетний парень настолько успешно вёл дела, что отец решил доверить ему управление фирмой на постоянной основе, а сам тем временем занялся устройством поросшей мхом личной жизни.
Так получилось, что оленёнком, сожравшим этот ягель, оказалась моя мама.
Вздохнув, ныряю в лежащий на коленях рюкзак, нащупывая там зеркало. Если уж мне придётся столкнуться лицом к лицу с великим американским генофондом, то я, по крайней мере, должна выглядеть прилично. Глаза немного припухли от трёх литров воды, выпитых в самолёте во избежание обезвоживания, которым любит пугать мама, но с этим уже ничего не поделать.
Кожа в порядке. Она у меня от природы ровная и смуглая, что избавляет от необходимости пользоваться тональными средствами. Губы тоже. Да чего душой кривить, знаю, что я симпатичная, а частое внимание мужского пола даёт все основания полагать, что это не пустое самомнение.
Дорогой я, как любой путешественник, восторженно кручу по сторонам головой, рассматривая пейзажи Нью-Йорка. Здесь круто, даже очень. Шумно, ярко, напоминает центр Москвы летом, наполненный беспорядочно снующими толпами туристов всех национальностей, но всё же ни на секунду нельзя забыть, что это совершенно другой город с особенной энергетикой пятидесяти остроконечных звёзд.
Машина Колина останавливается около представительного входа с красными дверями под широким навесом, на котором красными буквами подсвечено название ресторана. Метрдотеля на входе, кажется, не смущает мой внешний вид, либо мама и Колин выглядят достаточно солидно, чтобы закрыть на это глаза.
Он вежливо приоткрывает для нас дверь и просит проходить. Блондинка-администратор, похожая на породистую кобылку, дежурно улыбается нам крупными белыми зубами и проводит вглубь ресторана. Переступаю грубыми подошвами по начищенным до блеска полам, убеждая не чувствовать себя не в своей тарелке, потому что несколько парочек, разбросанные по углам, будто бы специально разоделись так, чтобы посрамить русскую девчонку. Мысленно говорю им: Fuck You и прибавляю шаг.
