Светлые волосы были завязаны в хвостики с розовыми бантами, а сама она была одета в балетную форму, которую носила постоянно. Этим ее мать, бывшая балерина, особенно гордилась. Но она стала походить на злую девчонку и говорить, как одна из них.
– О нет! Луна, милая, что случилось? – Мэл поспешила к месту действия одновременно со мной.
Эди стояла, опустившись на одно колено, и притянула Луну в объятия. Девочка уткнулась ей в плечо, а Эди одарила Дарью ледяным взглядом, какого я никогда не видел прежде.
– Это было не круто, чувиха.
Вообще. Тебе стало приятно оттого, что ты причинила ей боль?
Причинила ей боль? Я впервые усомнился в том, что никогда не опущусь до того, чтобы накричать на ребенка. Мне хотелось орать на Дарью, пока не лопнут все голосовые связки в горле.
– Да что за хрень здесь происходит? – Мы с Мэл одновременно остановились.
Она посмотрела на меня беспомощным взглядом. Мы не разговаривали с тех пор, как я испоганил свидание, которое она мне устроила. После этого она больше не заикалась о том, что хочет меня кому-то представить.
Я считал это победой.
– Я отошла взять нам лимонада, – поспешила объяснить Эди, не дожидаясь, когда Дарья начнет оправдываться, – а когда возвращалась обратно, я заметила, что Дарья держит в руках морского конька Луны. Она разорвала его на части и вытащила пух, – доложила Эди и крепче обняла Луну, которая расплакалась еще сильнее.
Девушка поднялась на ноги, а Луна вцепилась в нее, будто родной ребенок.
И я почувствовал, что я разбит.
И счастлив.
И расстроен.
И в полной заднице.
Я повернулся к Дарье. Мэл повернулась следом. Она тоже кипела от злости, что немного снизило накал страстей, потому как я, по крайней мере, понял, что она всерьез относилась к подобному дерьму.
– Зачем, Дарья? Зачем ты это сделала?
Мэл присела на корточки перед дочерью и взяла за плечи. Ее голос звучал мягко, но умоляющий взгляд выражал настойчивость. Дарья не впервые обижала Луну.
Девчонка дернула плечом и, надувшись, уставилась под ноги.
– Луна всегда так хорошо к тебе относится, – подчеркнула Мэл.
Никто ни о чем не спрашивал Луну, потому что все и так знали: ответа от нее не получат. Она так и сидела на руках Эди, когда Дарья медленно подняла руку и указала в дальний конец двора. Мы все посмотрели, куда она показывала, и увидели Найта и Вона, которые сидели за столом для пикника и уплетали приготовленные мной для них бургеры.
– Что? – снова спросила Мэл, по всей видимости, начиная раздражаться.
Черт.
