Всю дорогу он нес мою доску, а потом положил ее в машину, и мне пришлось напоминать себе, что Трент не был джентльменом. Когда мы сели в машину, он опустил ладонь мне на бедро и сжал его, неотрывно глядя на дорогу. Мне нравилось находиться рядом с ним. Повсюду витал его запах. Чистый, дорогой и с ноткой запрета. Или чего-то грязного и сексуального. И только детское кресло на заднем сиденье напоминало о том, что он отец. Во всем остальном он производил впечатление беззаботного одинокого мужчины.
Одинокого мужчины, желавшего меня уничтожить.
– А что с матерью Луны? – поинтересовалась я.
Дело было даже не в нем. Я знала, что он свободен для отношений. У меня просто в голове не укладывалось, как можно без оглядки оставить своего ребенка.
– Я не хочу об этом говорить, – его тон был неумолим.
– Не повезло, Рексрот, потому что ты не контролируешь каждый аспект этих отношений, – сказала я, делая вид, будто смотрю в окно и любуюсь прибрежным городом, в котором мы жили, хотя на самом деле мне хотелось лишь уловить Трента в слабом отражении стекла.
– Мать Луны кинула нас, когда моей дочери был всего год. С тех пор я не перестаю ее искать.
Он говорил прямо и по-деловому. Мне нравилась эта его черта. Черта, которая давала возможность узнать что-то о нем, не чувствуя себя задетой или уязвленной его самолюбием.
– Зачем?
– Что именно?
– Зачем ты ее ищешь? Очевидно же, что она не хочет, чтобы ее нашли.
Он покачал головой, держа одну руку на руле, а второй продолжая мять мое бедро.
Было сложно собраться с мыслями, когда он прикасался ко мне. Я с трудом разбирала его слова, когда он просто находился рядом, источая мужественность, демонстрируя грубые и дерзкие замашки, что уж говорить о моментах, когда он прикасался ко мне. Но я была слишком возбуждена, чтобы остановить его.
– Все сложно.
– Почему? – не отступала я.
– Потому что всем нужна мать.
– Смотря какая, – бездумно ответила я.
– Да неважно, – возразил он.
– Уж поверь мне на слово, – усмехнулась я и вновь отвела взгляд в сторону, на сей раз по-настоящему.
После долгой паузы Трент заговорил снова:
– Скажи мне, зачем тебе нужно столько денег, Эди. Расскажи, почему отец оставляет тебя на мели. Почему ты ненавидишь деньги, будто они причинили тебе вред?
Как я могла ответить ему, не пытаясь при этом оправдаться, почему до сих пор живу с родителями? Мне уже давно пора было съехать.
