То, что они устроили себе здесь новую семью, терзало душу айнура – не должны дети Барджана жить в тепле и сытости, в почете и богатстве!
Слишком уж хорошо они устроились. Даже здесь, в чужой стране сын Барджана -- фаранд. Да не бывать этому! Пусть род этого проклятого прервется, но перед этим следует получить с них дань, как когда-то получали великие предки самого Джана, уничтожить их кров, их силу и репутацию.
Пусть Джан и не знал слова «репутация», но смысл ему был понятен и близок.
План мести складывался неторопливо и постепенно.
Убить он их может в любой момент – во дворе кроме привратника нет охраны. Лакеи не вызывали у него опасений. Городские неженки, которые только и умеют, что за столом прислуживать. При нужде он перережет их, как стадо баранов. Но торопиться не стоит.
А вот опозорить семью и расстроить брак девчонки с тем самым белобрысым высокородным – это как раз то, что нужно.
На этом можно не просто хорошо заработать, а обеспечить совсем уж безбедную старость и даже богатство будущим сыновьям.
Ну, а сразу после этого – можно и убить, кто ему, Джану айнуру, помешает?!
Утром после бала Нариз чувствовала себя несколько разбитой. В ее памяти момент представление Верховному Кангану остался отдельными яркими пятнами, почти не связанными между собой. Уже ночью, когда они ехали домой, ридган Ронхард в карете сказал ей:
-- Фаранда Контеро, теперь, после официального представления, вы можете называть меня – ридган Леон. Обращение по имени вполне допустимо для жениха и невесты.
Время пребывание на балу они, по общему согласию, свели до минимума. И жених, и она сама опасались ситуации, когда отсутствие светской выучки окажет ей дурную услугу – она не сможет правильно ответить на приветствие, отбить резкую шутку или нетактичный вопрос.
Большим плюсом было то, что кроме них Верховному представляли еще две пары, подписавших брачные контракты и потому внимание толпы было слегка рассеяно. А уж обычай танцевать в такой день только с женихом порадовал Нариз сверх меры.
Она успела выучить один-единственный новомодный танец - вольтеру. Именно ее, эту самую вольтеру, она и протанцевала дважды за вечер с Леоном.
Сам Леон, хоть и не был записным танцором, но такие вещи знать был вынужден, потому и не поленился перед балом взять несколько уроков, чтобы восстановить прежние умения.
Нариз с сочувствием наблюдала за провинциальной парой, которая не справилась с несложными движениями и вызвала хихикание и усмешки в толпе придворных.
