– Но ты же подчинила ее себе!
– Ты в это веришь? – Я поперхнулась смехом, а заодно и пивом. – Будем надеяться, она тоже. Видишь ли, Вал, в отличие от госпожи Залесской, я не приносила жертв и не заключала сделок, а моей магической силы хватило только на разрушение заклятия. Так что я блефовала и была безумно рада, когда эта тварь избавила меня от своего милого общества.
Пару минут мы сосредоточенно грызли добротно просоленных рыбешек, наслаждаясь погожим деньком в теньке под цветущей липой. С пригорочка великолепно просматривались как село, так и особняк, в ворота которого как раз заходила очередная девушка с корзиной.
Я заверила Ховела, что нападения больше не повторятся, и он активно наверстывал упущенное. Дамы оказались не робкого десятка, и, похоже, репутация зубастого чудища только добавила господину Залесскому притягательности.
– Но у тебя был меч и пара секунд, пока она не опомнилась! – Мысль об уплывшем из рук гонораре не давала троллю покоя.
Я философски пожала плечами:
– Возможно.
Хотя сомнительно. Но что бы я тогда делала со второй, вернее, вторым?
Тролль вытаращился на меня не хуже нацыги:
– Не, цыпа, я знаю, что у страха глаза велики, но чтобы в них еще и двоилось…
Я привычно пропустила его шуточку мимо ушей и невозмутимо продолжала:
– То она пытается выманить меня из дома и убить, а когда я попадаюсь ей прямо в ляпы, выпускает и удирает. Потом опять подкарауливает в лесу. Тогда-то я и заподозрила, что их двое.
Госпожа Залесская связала заклятием Тамеллы одну из них, самку, заставив ее поселиться в особняке под видом служанки. Ревнивая тетка велела нацыге радикально решать проблему посторонних дам, чтобы раз и навсегда отвадить их от непутевого муженька. Вздумай нацыга ее ослушаться, она погибла бы на месте. Так что, сцепив клыки, ей пришлось подчиниться. Первую оставшуюся на ночь девушку Ховел проводил до порога, а выйти за ворота нацыга не могла, ей только и оставалось, что рявкнуть гостье вслед, перепугав до смерти.
Вторую она убила сама, но от злости, что выполняет человеческий приказ, даже не прикоснулась к телу. Нас она не тронула…
Тролль скептически фыркнул, и я поспешно поправилась:"
"– Ну, почти не тронула, так как под определение развратных девиц мы явно не подходили. Но на воле у нее остался друг. Это он выл в лесу, тоскуя и подбадривая ее. Убить ненавистную бабу он не мог, подруга умерла бы вместе с ней.
