Позади них шествовали гости свадьбы – насколько поняла Аврора, к брачному ложу их сопровождали только неженатые мужчины и незамужние девушки, – и распевали песни на южном наречии. Они сопроводили их до двери в покои Рэндалла и оставили молодоженов одних.
Аврора переступила порог просторной комнаты. Там стояли письменный стол, мягкий диван, кресла и огромный камин почти во всю стену, в котором громко потрескивало жаркое пламя. Она не успела толком осмотреться. Рэндалл провел ее мимо дивана, стоящего напротив камина, к небольшой резной двери, которая спряталась сбоку от книжного шкафа.
Он открыл дверь и пропустил Аврору вперед. Сперва она увидела огромную кровать, застеленную белым покрывалом, и ее сердце пропустило удар и ухнуло куда-то вниз. Аврора замерла, не зная, что делать дальше. Идти к кровати ей отчаянно не хотелось.
Рэндалл мимо нее подошел к белому гардеробному шкафу. Сняв с себя сюртук, он аккуратно повесил его на вешалку. Затем снял корону и убрал в шкатулку. На ходу расстегивая рубашку, он подошел к Авроре.
– Аврора, можешь проходить, я не кусаюсь и, если решишь прилечь на мою постель, прогонять не стану.
На его губах играла легкая улыбка. Он намекал на негодование Авроры, пока он находился в ее покоях в ночь помолвки. Но ей сейчас было не до шуток. Она как вкопанная наблюдала за тем, как с каждой расстегнутой пуговицей оголялась его грудь, приближая момент, которого она боялась больше всего.
Аврора последовала совету Тины и воспользовалась лунным камнем накануне свадьбы.
Она доверяла своей служанке и не сомневалась, что все пройдет как надо, но легче от этого не становилось.
– Душа моя, если ты и дальше будешь сверлить меня взглядом, я засмущаюсь. – В его голосе послышались игривые нотки, но в глазах не было ни намека на веселье и тем более смущения.
Аврора нервно затеребила обручальный перстень и тихо заговорила:
– Мне нужно позвать Тину.
– Зачем тебе Тина?
Аврора осмотрелась в поисках хоть чего-то, на чем смогла бы сосредоточить внимание и не потерять самообладания.
И этим предметом стала масляная лампа, стоящая на столе и тускло освещавшая комнату.
– Я не смогу снять платье самостоятельно. Я никогда не носила корсет и не знаю, как его развязывать…
От смущения и страха голос Авроры отчаянно дрожал, и она не смогла скрыть это от Рэндалла. Его лицо стало серьезным. Он оставил в покое пуговицы на своей рубашке и приблизился к Авроре. Она едва сдержалась, чтобы не отступить к двери.
