Он снова действующий!
А она теперь кто?!
Чего он от нее хочет?!
***
Арсений ушел, потому что его переполняло нечто такое, чему он не мог дать объяснения. И сдерживать это не мог. Непонятные чувства, разрывающие его.
Она сказала нет.
А для него это ее резкое «нет» было даже ярче и желаннее, чем если бы она впустила сейчас его в свою постель. Хотя он безумно хотел ее. Горел на медленном огне, но готов был сдерживать себя сколько угодно, лишь бы ей было хорошо.
Потому что ему давно уже нужен был от нее не только секс.
Все изменилось и переросло в нечто большее. Сегодня она была рядом, он смотрел на нее и дышать не мог, в груди становилось больно.
Что это с ним? Это любовь?
Да ну нах***. Мужчина саркастически усмехнулся. Разве такой моральный урод как он может испытывать романтические чувства? Бред. Это смешно. Просто она нужна ему вся. Целиком. Беременная его ребенком.
Мужчина гулко сглотнул, грудная клетка дрогнула. Это вообще было нечто сакральное, вызывающее священный трепет. Он чувствовал себя зверем, оберегающим свою самку.
И как зверь, готов был зубами рвать за нее. Готов был сдохнуть, лишь бы ее не коснулось ничего.
Но ее коснулось.
И ему еще предстояло объяснить ей, почему так себя вел. Это было сложно.
Как донести, что собирался разыграть опасный гамбит, а ее выводил из игры, чтобы не пострадала? А в итоге все сорвалось, и теперь он в состоянии открытой войны с мерзавцем, убившим его отца. И все же так лучше, потому что ему удалось обезопасить Анну. Теперь его имя будет защитой для нее.
Но она обижена на него и видит ситуацию по-другому.
Арсений не умел говорить такие вещи, у него прежде не было необходимости объяснять что-то женщине. Он просто брал и пользовался, а когда надоедало, расплачивался и вышвыривал из своей жизни.
Сейчас слова найти придется.
Он наконец вынырнул из размышлений и взглянул на доверенного, ждавшего в стороне. Последние сведения, что тот принес, были не слишком веселые. Прохоров начал действовать. Зная его, Арсений мог предвидеть, что тот, поскольку добраться до него не может, начнет валить его бизнес.
Плевать, с этим он справиться мог.
Сейчас его волновало другое.
- Можешь идти, - отпустил он доверенного.
Мужчина поклонился и вышел.
Арсений, оставшись один, еще некоторое время стоял, заложив руки в карманы летних брюк, и смотрел на море, потом вызвал прислугу и велел:
- Передай госпоже, что я жду ее на обед.
Разумеется, Ане все передали. И новую одежду на выбор доставили.
