Кстати, нет сведений, когда Арсений Васильевич возвращается?
Сейчас нужно было сохранить лицо.
Никак не выдать своих тайных страхов и сомнений, глодавших ее изнутри. Аня сдержанно улыбнулась.
- Мы ждем его в ближайшие дни. Но, сами понимаете, это пока…
- Я понял, - Соболянский вскинул руки. – Узнаю Арса.
Потом поднялся с места.
- Что ж, не буду вас задерживать. Вся отчетность здесь. Да, еще хотел сказать. Завтра будет прием, - он назвал корпорацию. – Мероприятие статусное. Для дела будет хорошо, если вы появитесь на нем.
Аня нахмурилась, не любила она приемы.
- Вы необычайно популярны, Анна Александровна.
Она вскинула на него взгляд. Популярна?
- Да что вы, побойтесь Бога.
- Можете мне не верить, - проговорил мужчина. – Увидеть госпожу Демидову хотят многие.
- Хорошо, я буду, - сказала Аня.
Соболянский ушел, а она еще оставалась в кабинете. Уже свечерело, еще один бесконечно длинный день подошел к концу. Аня некоторое время сидела в кресле, а после подошла к окну.
Смотрела сквозь стекло на темнеющий лес.
Она никогда не планировала заниматься бизнесом. Ей вообще ничего этого не нужно. А нужно только, чтобы ОН вернулся. Ее мужчина, отец ее ребенка.
Потом ушла тоже. Если она завтра собирается на прием, предстояло подготовиться.
***
Арсений вернулся в этот же день.
Показаться Ане не мог, пока то, что планировал, не закончит. Доставить ей цветы велел он.
И вот эти самые цветы…
Они сейчас стояли у Анны на туалетном столике.
Очень красивый, очень сдержанный букет. Крупные белые цветы с черными сердцевинами. Чистота и верность. А еще ожидание. Томительное, как смерть.
Из всех идей, кто мог их ей отправить, - только одна.
Только он знал ее так хорошо.
Но если ОН послал ей эти цветы, то почему не пришел сам?!
В конце концов, она закрыла глаза.
«Только попробуй не вернуться, - дрожало внутри. - Ты обещал мне, что все будет хорошо. Только посмей нарушить слово! Я же тебе устрою, я тебе такое устрою! Только вернись ко мне.
Пожалуйста, вернись»
Под ресницами заблестели слезы. Она шумно вдохнула, еще и еще раз. Потом отвернулась от зеркала и встала, накрыв ладонью небольшой аккуратный живот. Жест, который она позволяла себе очень редко и только наедине с собой.
- Запаздывает наш папка, - прошептала. – Но это ничего, мы подождем.
Потом потушила ночник и улеглась в постель.
Сначала сон не шел, но усталость все-таки взяла свое.
