– Немного можно, – заверяет, наклоняя голову и вновь целуя.
Отвечая, не сразу соображаю, что мы пересекаем гостиную, и вот я уже оказываюсь на комоде. Муж совсем неделикатно задирает подол моего платья и отодвигает полоску трусиков в сторону.
– Ох, что ты… Дё-о-ом… – вырывается из меня стон, когда настойчивые пальцы прикасаются к возбужденной плоти.
– Обещаю, надолго не задержу, – хрипит он, прикусывая и поглаживая языком мою шею. – М-м-мм, такая вкусная. Моя девочка.
Все происходит настолько быстро, что я даже не успеваю отслеживать происходящее.
Каждая секунда пролетает стремительно, лишь изредка время на пару мгновений замедляется, словно позволяя мне оценить обстановку, и снова ускоряется.
Только что мы были посреди в гостиной, и вот Демьян уже медленно погружается в меня до самого основания. Прикрывает глаза и прикасается своим лбом к моему. Из его горла вырывается сиплый рык, а из моего – стон.
И всё, секунда нежности закончилась.
Дальше муж начинает любить меня уже без пауз и жалости.
Под идеально правильным углом. Жестко и глубоко, как любим мы оба. Быстро и с оттяжкой, как нам сейчас необходимо. Так, как умеет делать только он.
Сминаю рубашку на его плечах и пытаюсь добраться до мышц, которые бугрятся под тонкой тканью. Мне всегда его мало.
А ему меня. Демьян не дает мне дышать, не дает отвернуться или задрать голову. Он вжимается в меня губами, заставляя отчаянно отвечать на поцелуй, безвольно подчиняться каждому его движению и внутренне умирать от восторга.
Сердце разбухает от переизбытка чувств, и каждая моя клеточка трепещет от сладчайшего предвкушения.
Это ведь ненормально, да?
Я больная на всю голову и зависимая от любимого мужа наркоманка. Разумом понимаю, что, пожалуй, это перебор, но к дьяволу разум и понимание, если нам обоим именно так идеально.
Я его. Он мой.
Мы финишируем одновременно. И в этот раз мой оргазм особенный. Он острый и запредельный. Хочется кричать и хныкать от переполняющих ощущений.
Демьян прижимает меня к себе, тяжело дышит в мою шею и периодически проводит по ней губами.
Потом отстраняется и, чмокнув меня еще разок, улыбается.
– Даже прическу не испортил, – довольно заявляет он.
– Зато макияж наверняка.
– Нет. Ты прекрасна, как и всегда.
Боже, меня распирает от эмоций. Улыбаюсь в ответ, чувствуя, как горят щеки. То ли от оргазма, то ли от комплимента. Накрываю их ладонями и смотрю на Демьяна сквозь дымку наслаждения, которая еще не рассеялась между нами.
