Официант приносит картошку и сальсу. В животе урчит от голода. Больше не буду пропускать утренний пончик.
– Ну…
Не знаю, стоит ли делиться с ней подробностями личной жизни. У меня не так уж много друзей. Вообще нет, если быть точной, не считая Стеф, которую я больше не увижу. Кимберли лет на десять старше меня и наверняка лучше разбирается в мужчинах. Я смотрю в потолок с люстрами в форме пивных бутылок и глубоко вздыхаю.
– В данный момент – точно не знаю. Вчера все было нормально, но вечером он ушел. На всю ночь.
Это была наша вторая ночь в этой квартире, но он не пришел домой, – объясняю я.
– Погоди-погоди. Давай сначала. Значит, вы живете вместе?
– Да… пока что. – Я пытаюсь улыбнуться.
– Хорошо. Так он не пришел прошлой ночью?
– Нет. Он сказал, что должен закончить какую-то работу и пойдет в библиотеку, но домой не вернулся.
– Ты не думала, что он мог попасть в больницу или типа того?
– Нет, я не думаю, что это что-то серьезное.
Я знаю, что как-нибудь почувствовала бы, если бы что-то случилось, мы как-нибудь связались, и он дал знать.
– Он так и не позвонил?
– Нет. И не написал, – хмурюсь я.
– Будь я на твоем месте, я послала бы его подальше. Это недопустимо! – восклицает она.
Официант останавливается, сообщает:
– Ваш заказ скоро будет готов, – и наливает мне воды.
Я рада: небольшой перерыв дает мне шанс отдышаться после сурового приговора Кимберли.
Она продолжает, и я понимаю, что она не осуждает меня, а советует. Мне становится легче.
– Думаю, ты должна дать ему ясно понять, что так поступать нельзя, иначе он так и будет продолжать.
Проблема мужчин в том, что они живут как привыкли. Если ты допускаешь это, сами они не в состоянии перебороть эту привычку. Он сразу должен понять, что ты не будешь с этим мириться. Ему повезло заполучить тебя, и он хочет сохранить все по-старому.
Кое-что в ее зажигательной речи поддерживает мою злость. Нужно на него рассердиться. Послать его, как сказала Кимберли.
– На словах-то легко, – смеюсь я.
– Да, это совсем не просто, – усмехается она, потом серьезно добавляет: – Но это надо сделать.
Оставшуюся часть обеда она рассказывает о своей студенческой жизни и о своих ужасных отношениях с парнями. После каждой истории она качает головой, и светлая челка мотается из стороны в сторону. Я хохочу до слез. Еда вкусная, и я рада, что пошла обедать с Кимберли, а не осталась дуться в одиночестве в своем кабинете.
На обратном пути встречаю Тревора, выходящего из туалета. Он, улыбаясь, подходит ко мне.
