Одна искра пламени, и для этих детей все было кончено — все это место вспыхнуло бы вместе со всеми вами, находившимися там, — но ты сохранил самообладание и вытащил их. Ты
— Нет, нет, нет, — выдавил я в ужасе. — Я не понимал, что делаю.
— Ты доверял своим инстинктам, — поправил он. — Возможно, ты не понимал, что происходит, сынок, но ты знал, что им нужно было выбираться. Благодаря тебе сегодня в этом доме четверо детей живы и дышат.
— Они уже знают? — Прошептал я, крепко зажмурив глаза.
— Нет, — ответил папа.
— Черт, — прохрипел я. — Как я скажу Шэннон?
— Скажешь мне что? — Голос Шэннон заполнил мои уши, и я вздрогнул.
— Шэн, — выдавил я, отстраняясь от отца и обнаруживая, что она стоит в дверях кухни, выглядя маленькой и испуганной. — Ты в порядке?
— Что случилось? — прохрипела она, широко раскрыв глаза, полные страха. — Почему ты плачешь?
— Я не плачу, детка. — Шмыгая носом, я вытер глаза и двинулся к ней, испытывая потребность заключить ее в свои объятия и просто остановить мир на минуту.
У меня кружилась голова, сердце бешено колотилось, и я не мог всего этого осознать. Сократив расстояние между нами, я притянул ее в свои объятия и сжал ее тело крепче, чем, по-моему, должен был. — Я люблю тебя, — прошептал я, прижимая ее к себе. — Господи Иисусе, Шэн, мне так чертовски жаль.
— Почему ты извиняешься? — она задыхалась, цепляясь за мою талию. — Что происходит?
— Я пытался, Шэн, — выдавил я, крепче прижимая ее к себе. — Я действительно пытался.
— Джонни, что происходит? — спросила она срывающимся голосом.
— Шэннон! — Голос Даррена заполнил мои уши, и я обернулся как раз в тот момент, когда он ворвался в дверь подсобки, по его щекам текли слезы. — С вами все в порядке? — Его налитые кровью глаза были дикими и полными паники, когда он, пошатываясь, вошел в кухню. — Где мальчики?
— Даррен? — Шэннон закричала, вырываясь из моих объятий. — Что здесь происходит?
— Шэн… — душераздирающий всхлип вырвался из его горла. — Я не могу…"
"— Все мальчики здесь, и они все в безопасности, — ответил папа, двигаясь, чтобы поймать Даррена, как раз в тот момент, когда у него подкосились ноги.
— Все, с тобой все в порядке. — Опустив их обоих на пол, отец притянул его к себе. — Я держу тебя.
— Мама, — заплакал он, уткнувшись лицом в шею моего отца. — Моя мама!
— Я знаю, — прошептал папа, обхватив ладонью его затылок. — Ш-ш-ш, я знаю, парень. Я знаю.
— Что случилось с мамой? — Шэннон задохнулась, сильно дрожа.
