Улыбаясь, я сократила расстояние между нами и обвила руками его шею, прижимаясь поцелуем к его губам. — Привет."
"— Привет. — С нежной привязанностью, которая так резко контрастировала с его предыдущим поведением на поле, Джонни прижался своим лбом к моему и потерся носом. Это было такое первобытное мужское движение, что мне ничего не оставалось, как стоять и отвечать взаимностью на доминирующие ласки. Тяжело вздохнув, он поцеловал меня в нос и провел большим пальцем по моей щеке. — У тебя все щеки порозовели.
— А ты весь как трава, — прошептала я, выдергивая несколько прядей из его волос. — Как ты себя чувствуешь?
— Я чувствую себя хорошо, Шэн, — ответил он, его глаза сияли и были полны возбуждения. — Как я там выглядел?
— Как большая, яркая, сияющая звезда, — сказала я ему с гордостью. — Ты был лучшим там на целую милю.
Ухмыльнувшись, он наклонился и поцеловал меня в щеку. Это был мягкий, сладостный акт привязанности, более интимный, чем если бы он засунул язык мне в горло. — Пойдем.
— Подхватив меня под мышки, Джонни помог мне перебраться через барьер, прежде чем взять за руку. — Мне просто нужно переодеться, и мы сможем убраться отсюда.
— Я думала, ты идешь в спортзал? — Спросила я, пристраиваясь рядом с ним. — Я собиралась пойти домой с Клэр.
— Я уже был там, — объяснил он, обнимая меня за талию, чтобы поднять над огромной лужей грязи.
Мои брови нахмурились. — Но сейчас только половина третьего.
— Ранняя пташка клюет на червяка, Шэн, — выпалил он в ответ. — Я на ногах с пяти.
Вау.
— А еще говорят, что рыцарство умерло, — сказал Джонни веселым тоном, не сводя глаз с Гибси, который выиграл потасовку с Клэр и в настоящее время сидел на ней верхом, колотя себя кулаками в грудь в знак победы. Они оба были перепачканы грязью, а прекрасная белая шубка Клэр была коричневой, в тон ее грязно-каштановым волосам. — Гибс, отстань от нее, придурок.
— В нем нет ничего рыцарского, Джонни, — прорычала Клэр, прежде чем ударить Гибси кулаками в живот. — Получай, ты, большой осел!
Драматично перевернувшись на спину, Гибси схватился за живот и стал корчиться на траве, хохоча во все горло.
— Осел.
Клэр воспользовалась этим как возможностью для контратаки. Игнорируя всех остальных мальчиков, которые свистели по-волчьи и выкрикивали наводящие на размышления комментарии, когда они покидали поле, Клэр поднялась на четвереньки и бросилась к Гибси. — Продолжай смеяться, — прорычала она, оседлав его грудь. — Но ты падаешь.
