Он глубоко вздохнул, собираясь с духом выложить деду страшную новость.
– Нет больше Егора Сергеевича, отец. Умер он. Погиб. И Вики нет больше. – Глаза Потопа, до сего мгновения горящие двумя яркими угольками из-под косматых седых бровей, разом потухли. Морщинистые руки, лежащие на столе, задрожали.
– Как же это? Он же не болел вроде? А с Викой-то что же случилось?
– Не болел он, отец, – жестко сказал Варяг. – В авиакатастрофе погиб. Летел в самолете – и разбился. А Вику убили. Да и Егора Сергеевича, если по правде, тоже убили.
А чтоб его отправить на тот свет, еще двести человек заодно угробили.
– Лихие дела! – прошептал старик. – Видать, добрались все-таки до него. И ее не пощадили!… – Он поднялся и двинулся к двери, точно хотел выйти из горенки, но передумал и вернулся.
– Я о тебе много знаю, Владислав. Мы с Егором вот в этой горенке до утренней зорьки разговоры вели. О тебе, о деле его, о России нашей. Сложное дело он задумал, сложное и страшное. Сейчас сам черт не разберет, что в стране творится.
Я в этом ничего не пойму. Егор пытался мне мозги прочистить, да, видно, уж стар я, не в силах… На веру брал его слова, потому как мы с ним, почитай, полвека знаемся, пуд соли съели. И я же ему помогал чем мог все эти годы. Он же мне наказал и тебя сберечь в случае чего. Да разе мог предположить Егорушка, что ты вот так у меня очутишься. Но судьба – она штука странная… Вот взяла тебя за руку и привела прямиком ко мне… – Он горько усмехнулся. – Никак Егор с того света посодействовал.
– Так ты если знал про меня, неужто не догадался? – с улыбкой спросил Варяг.
– Нет, сначала не взял я в толк, кто ты таков. Хотя наколочку твою на груди видал – а не догадался. Только вчера меня вдруг осенило. И как же вышло, что ты припозднился так? И еще, вижу, ты тайничок в дупле не нашел?
Варяг махнул рукой.
– Долго рассказывать, отец. А я ведь поначалу почему тебе чушь стал лепить – мне ведь Мулла четко сказал: найдешь в лесу Платона. А ты – Потап…
– Да Платоном меня уже, почитай, лет пятьдесят как не кличут.
Запамятовал старик Заки… – усмехнулся Потап. – Как в священники пошел – так и стал отцом Потапом. Только по паспорту я Платон Афанасьевич…
– А тайничок твой я нашел, – продолжал Варяг, понимающе кивнув, – да он пустой оказался. Там до меня побывали. Чужие. Словом, слава Богу, что добрался до тебя. А то бы так и подох в тайге.
– Да ну тебя! – Потап усмехнулся. – А скажи-ка мне…
Тут скрипнула дверь – вошла Елена. Лицо ее было бледно.
