По-видимому, Денис Сергеевич не заморачивается лишней одеждой во время сна.
Помявшись на пороге ванной, звучно щёлкаю выключателем, чтобы привлечь внимание Ящера, и мне это удаётся. Он хмуро смотрит на меня, и у меня тут же слабеют колени. Я вижу, что его внимание приковано к полоске кожи, что видна в незастегнутой рубашке. Отступать некуда, и в полной тишине под прицелом его глаз я приближаюсь робкими шагами, обхожу кровать и встаю с его стороны.
Не знаю, куда деть руки, но вспоминаю, что ему нравились мои волосы.
Распускаю пучок, собранный мной для душа, и слегка намокшие на концах пряди ложатся на плечи.
Не вставая, Ящер отдёргивает в сторону полу рубашки и оценивающе рассматривает обнаженное тело, скользя взглядом от ключиц вниз по груди к животу и останавливаясь на самом интимном. Я с трудом удерживаю себя, чтобы не прикрыть лобок руками.
– Ты понимаешь, на что соглашаешься? – металлическим голосом спрашивает он.
Я облизываю губы и киваю. И чтобы не передумать, скидываю рубашку.
Глава 9
Взгляд Ящера неуловимо меняется. Он всё ещё пугающий, но уже как-то по-другому."
"Гордеев садится и спускает ноги с кровати, я чувствую его дыхание на своём животе. Подушечкой пальца он прикасается к треугольнику из маленьких родинок слева от пупка, и у меня вырывается прерывистый вздох. Я так нервничаю, что пальцы на ногах поджимаются. Напряжение в спальне нарастает, но, кажется, только для меня. Ящер не выглядит расслабленным, скорее, наоборот, но он спокоен. Он точно знает, чего хочет и что он это получит.
Прочертив вниз от родинок линию, кончиком пальца он поглаживает место, где смыкаются половые губы.
– Раздвинь ноги, – голос резкий, но неожиданно для меня охрипший.
Неужели его хоть что-то может пронять?
Я не смею не подчиниться. Переступаю ногами, и Ящеру открывается доступ к совсем нежным местам. Рука Гордеева проскальзывает дальше вдоль всей плотно сомкнутой расщелинки.
– Надеюсь, ты не девственница.
– Нет, – выдавливаю я, пытаясь в этот момент оценить свои ощущения.
По идее, мне должно быть мерзко и стыдно. Я должна чувствовать себя униженной.
Но что-то где-то пошло не так, и я скорее волнуюсь и испытываю неловкость. Да и в целом поведение Ящера не оскорбительное, а какое-то собственническое, даже немного будоражащее. Он не хочет меня задеть. Он хочет меня взять. По праву сильного, просто потому, что может. Потому, что Гордеев хочет меня.
И сейчас уже заметно, что хочет сильно.
