- Для меня ты дерзкая крошка. Ты молодец. Всё сделала как надо. Даже не вздумай себя хоть в чём-то винить.
Его руки сжались на моём теле. Сейчас мне хотелось его тепла, ласк. Подняв голову, я обхватила ладонями мужское лицо и прижалась к его губам. Опыта откровенно не хватало, но я постаралась компенсировать это энтузиазмом. Глухо застонав, миранец сжал мой затылок и уложил в своих объятьях так, чтобы получить доступ к телу. Его рука, тяжело сжимая, прошлась по моему бедру и замерла внизу живота.
Всё это время он не давал мне прервать поцелуй.
Его губы сминали мои, принося лёгкую боль. Расслабившись, я полностью отдалась ему.
- Моя малышка, - шепнул он мне в губы, - какая ты нежная.
Улыбнувшись, я снова потянулась к нему.
- Мама? Папа? - тонкий голосок из медкапсулы заставил меня вздрогнуть. - Вы где?
Сунир напрягся и, подняв меня на руки, встал. Пройдя вперёд, он присел на край капсулы. Юла приоткрыла глаза и улыбнулась.
- Как ты, милая? - она выглядела такой маленькой, бледной. Сердце сжималось, глядя на неё.
- Хорошо. Я больше не буду ходить вниз, честно. Буду всегда - всегда слушаться.
- Ничего, - потянувшись, я сжала её ножку. - Мы скоро прилетим на Оюту. И тебе сделают операцию. А потом мы будем жить в большом доме.
- И у меня будет настоящий папа? - наверное, она спрашивала это в сотый раз и всегда напряжённо ждала ответ.
- Он у тебя уже есть, доченька, - Сунир сжал маленькую ладошку, - я всегда мечтал о такой принцессе.
- Ты будешь нас любить? - её повторяющиеся вопросы ранили.
Как же ей не хватало тепла.
- Я уже очень вас люблю: и тебя, и маму. Всё будет хорошо, моя звёздочка. Мы летим к хорошим врачам.
Юла улыбнулась и прикрыла глаза. Что-то пропищало.
- Снотворное, - шепнул Сунир.
- Если она умрёт - мне просто незачем будет жить. Я не смогу этого пережить. Просто не смогу. Сначала мама, потом Аника. Если и она уйдёт, я просто сойду с ума.
- Не говори так, Криста.
- У всех есть свой предел стойкости, Сунир. Её смерть я не смогу выдержать. Это сломает.
Мой миранец сжал меня в своих объятьях так сильно, что стало немножко больно.
Я понимала, как это звучит, но глядя на свою маленькую девочку, мне хотелось просто рыдать от бессилия. Я сделала всё, что могла. Вывернулась наизнанку. Но одна простуда свела все мои старания на нет.
- Надо было закрывать этот люк в трюм, но после того случая, как она открыла утилизатор, страшно было оставлять её одну.
- Ты не виноват, она очень непослушная.
Тёплые губы коснулись моего плеча.
