Вы ведь не против, если я буду называть вас Софи?
В устремленном на меня взгляде читалось волнение.
— Конечно. Буду рада, — не совсем искренне ответила я, понимая, что была бы рада совсем другому — чтобы леди Эшвуд вообще не появлялась в Рендолле и его окрестностях.
И это снова заставило меня испытать стыд. «Опомнись, Софи! Амалии и ее брату нужна помощь, а ты вздумала ревновать, совершенно не имея на то никакого права!»
— Вот ваши покои, — открывая дверь гостевой комнаты, сказала Амалии. — Можете пока отдохнуть, а я посмотрю, что с лордом Эшвудом.
— Можно, я с вами? — Умоляюще посмотрела на меня леди. — Я так волнуюсь. Сомс никогда не болел, а тут… Он единственный, кто у меня есть, — опустив голову, тихо договорила она и сжала руки в тонких лайковых перчатках.
— Что ж, хорошо.
Я не стала отказывать гостье и направилась к соседним покоям, возле которых тихо сновали слуги с тазами и грелками в руках.
Мы с Амалией вошли в комнату и подошли к постели, на которой лежал знакомый мне по приему у бургомистра мужчина.
Бледный, с темными кругами под глазами и обметанными лихорадкой губами, Сомерсет Эшвуд совсем не походил на прежнего франта в дорогом костюме, каким я его запомнила.
Я взяла безвольную руку, собираясь проверить пульс, а больной застонал и открыл глаза.
— Я умер? — Тихо спросил он, глядя на меня с непонятным восхищением. — Да, точно. Я умер и попал в Чертоги забвения. А вы, верно, светлый дух, пришедший меня утешить.
На бледном лице мелькнула слабая улыбка.
— Сомс, дорогой, ну что ты такое говоришь? — Вмешалась леди Эшвуд. — Никто не умер, совсем наоборот. Очень скоро ты поправишься.
— Амалия? — удивленно спросил больной. — А что ты…
Его взгляд стал более осмысленным. Лорд Эшвуд обвел им комнату и остановил на сестре.
— Где мы? — Нахмурившись, спросил он.
— В Рендолле, — ответила ему леди Эшвуд и, покраснев, поспешно пояснила: — Ты был так плох, а мы находились как раз неподалеку от имения лорда Стейна, и я решила… — Она запнулась и добавила: — Ох, Сомс, ты так меня напугал! Хорошо, что Рольф, то есть лорд Стейн, оказал нам помощь, а его супруга, леди Стейн, пообещала тебя вылечить.
Софи, вы ведь знаете, что с ним? — С мольбой уставившись на меня своими черешневыми глазами, спросила она, пока я осматривала своего неожиданного пациента.
— Значит, вы говорите, что вчера все было в порядке, а утром появился жар?
Я внимательно разглядывала едва заметную сыпь на шее больного.
— Да.
