— Катрина кивнула, принимая эту версию. Лошадь или овца — не все ли теперь равно? — Зачем ты устроил себе отпуск в подземелье?
Нэйтан переместился, устроился рядом с ней, так же опершись спиной о стену. При этом сел так близко, что коснулся ее плеча своим. Катрина отодвинулась.
— Прекрати, — попросил.
Катрина придержала при себе рвущееся с языка детское «Не прекращу!» и промолчала.
— На самом деле я этого не планировал, — признался Нэйт. — Но узнав о готовящемся заговоре, Эрик мне не поверил. Вот я и сказал: не веришь — арестуй.
Он арестовал.
Катрина грустно покачала головой.
— Он поверил. И до сих пор верит.
Нэйтан хмыкнул.
— От него исходили такие волны недоверия, что их нельзя было перекрыть никакими блоками. Он засомневался, и это было… — Нэйт помедлил, подбирая слово. — Неприятно. — Он хотел сказать «обидно», поняла Катрина, но не стал. — И я решил скорректировать свой план. Отпуск в подземелье — не худший способ скоротать время.
— Скоротать время до чего? — переспросила раздраженно.
Он по-прежнему тянул время, вынуждая задавать наводящие вопросы.
— Ты еще не поняла? — удивился. — До бала.
— Кой черт тебе бал?
Что с ней стало? Выражается как базарная девка.
— Заговор. Мне нужно было собрать всех организаторов заговора, чтобы взять их с поличным.
Катрина заскрипела зубами. Нэйт говорил загадками, заставляя ее спрашивать снова и снова.
— И кто же эти организаторы?
— Эрика, Тод Колшер, лорд Робердон, отец Лауры. — Катрина пораженно моргнула. — Вот видишь.
— Она не смотрела в его сторону и не знала, следил ли он за переменой в ее лице или же почувствовал удивление с помощью своего дара. — Теперь ты понимаешь, почему я не мог просто прийти к Эрику и сообщить, кто затевает против него заговор и желает ему смерти?
Сердце забилось быстрее. Это все меняло. Это все объясняло.
— Он бы не поверил, — прошептала Катрина. — Даже тебе…
— Вот именно, — согласился Нэйтан. — Эрик очень дорожит семьей и дружбой. Я его друг, но ведь и Тод тоже.
Более того, Колшер — его друг едва ли не с младенчества. А Эрика… Эрика — сестра, все, что осталось от его семьи. Поэтому мне требовались неопровержимые доказательства, а их у меня не было. Заговорщики весьма осторожны.
— Но письма, встречи, арестованные аристократы. — Катрина все еще не понимала. — Зачем все это?
— Разве это не очевидно?
— Очевидно, что ты выбрал не ту помощницу, — огрызнулась она. — Надо было сходить на рынок и выбрать кого-нибудь поумнее.
