Сердце его оттаивает, страх уходит…
Да будут прокляты те, кто посмел поднять на него руку!
Медленно повернулась и увидела, что узник уже по шею погрузился в воду и теперь… неистово дрожит. Его лихорадило так сильно, что по воде разбегалась рябь, а я изрядно испугалась. Неужели заболел? Что происходит?
Но в тот же миг медальон на груди потеплел, и меня посетило понимание: он просто отвык… или не привык. Для него даже лохань с водой — это где-то стресс. Видимо, прошло слишком много лет с тех пор, как он в таких количествах вообще видел воду…
Слезы застыли в глазах, но я поспешно смахнула их.
Не хватало ещё, чтобы он увидел меня плачущей. Ничего, Натали, мы прорвёмся! Себя вытащила, вытащишь и других…
* * *Когда мужчина перестал дрожать, я поняла, что нужно как можно скорее заняться его волосами и бородой, а также теми, кто в них обитает.
Видя, что мой тон голоса влияет на пленника позитивно, я начала рассказывать, что сейчас осторожно избавлю его от волос. Мужчина смотрел на меня без особенных эмоций, и я, честно говоря, едва решалась подходить к нему.
Нож на вид опаснее, чем ножницы. Да и брить кого-либо таким инструментом мне ещё не приходилось."
"И тогда снова подал голос Серик. Я посмотрела на мечущегося неподалеку зверька и с огромным удивлением поняла: ему неспокойно. Он так нервно поглядывал на мужчину, что я поняла: мой хвостатый друг действительно волнуется!
Пораженная этим открытием, я решила использовать крыса для дальнейшего дела.
— Серик! — бросила я ему, как разумному существу.
— Помоги, а? Иди к нему на руки! Ты отлично на него влияешь…
Удивительно, но зверек понял меня. На его морде появилось почти испуганное выражение, что меня безусловно позабавило. Я жестом указала ему на лохань и пригласила прыгнуть туда, но Серик мотнул мордой, словно отказываясь.
— Не любишь воду? — усмехнулась я. — А зря! Это так приятно! Особенно, когда она теплая. Ну что, поможешь? Ты же у нас самый лучший помощник на свете!!!
Я похвалила Серика наобум, но он вдруг весь приосанился, перестал воротить мордой и более уверенно посмотрел на узника.
Не успела я отвернуться, как он прошмыгнул вперед, ловко взобрался по деревянным стенкам лохани и прыгнул в воду, окатив меня фонтаном брызг.
Я ошеломленно уставилась на мужчину, лицо которого тут же осветилось счастьем. Он схватил Серика — мокрого и страшно похожего на мышь-переростка — и прижал к себе.
В этот момент я поняла, что могу действовать.
