Принцесса подняла голову, в ее блестящих черных волосах мелькнула голубизна:
– Ты меня отпустишь? Секс будет гораздо лучше, обещаю.
– Мне плевать, насколько хорошим он будет.
– Уверен? – Она натянула прикрученные к полу стальные цепи. – Разве ты не хочешь, чтобы я прикасалась к тебе?
Лэш улыбнулся, окинув взглядом ее обнаженное тело… которое теперь стало его собственностью, и он мог делать с ним все, что пожелает. Она была даром короля симпатов, жестом доброй воли, жертвой, ставшей также наказанием за свою измену.
– Никуда ты не денешься, – сказал он. – А трах будет фантастическим."
"Он будет иметь ее, пока не сломит, а затем возьмет с собой на улицу, чтобы она нашла ему вампиров для убийства. Идеальные отношения. А если принцесса ему наскучит или не сможет удовлетворить его сексуально или в качестве вампиро-искателя? Он от нее избавится.
Принцесса уперлась в него взглядом, кровавый цвет ее глаз был столь же ярким, как и проклятье в голосе:
– Ты меня освободишь.
Лэш опустил руку и начал поглаживать свой член:
– Только, чтобы уложить тебя в могилу.
Ее улыбка была чистым злом, и его яйца напряглись, словно он вот-вот кончит.
– Посмотрим, – сказала она низким, глубоким голосом.
Личная стража короля накачала Принцессу до того, как Лэш покинул колонию вместе с ней, и, уложив ее на кровать, развела ей ноги в стороны как можно шире.
Ее лоно блестело для него, Лэш это видел.
– Я никогда тебя не отпущу, – сказал он, опустившись на колени и схватив ее за щиколотки.
Ее кожа была мягкой и белоснежной, сердцевина тела – розовой, в цвет сосков.
Он оставит на ее худощавом теле много отметин. И, судя по тому, как двигались ее бедра, ей это понравится.
– Ты моя, – прорычал он.
На волне внезапного вдохновения он представил ошейник Короля – своего старого ротвейлера – вокруг ее тонкой шейки. Именные ярлыки будут прекрасно смотреться на ней, так же, как и собачья цепь. Идеально. Идеально, мать вашу.
Глава 62
МЕСЯЦ СПУСТЯ…
Элена проснулась от звона фарфора и запаха чая Ерл Грей.
Открыв глаза, она увидела доджена в форме, изо всех сил старающегося удержать массивный серебряный поднос. На подносе была свежая булочка, накрытая хрустальной крышкой, баночка клубничного джема, кусочек сливочного сыра на крохотном фарфоровом блюдечке и, что Элена любила больше всего, вазочка с еще нераспустившимся цветком.
Каждую ночь цветок был разный. Сегодня – веточка падуба.
– Сашла, правда, ты не обязана делать это.
