Он не мог вернуться с Тором к тем отношениям. Он слишком много раз проходил через все круги ада. К тому же, он больше не ребенок, и Тор никогда не был его отцом, а это дерьмо в духе «папа-спаси-меня» не подходило никому из них.
Самое близкое, кем они станут друг другу – это братьями по оружию.
Выбрасывая мысли о Торе из головы, он подумал о Хекс.
Сейчас она страдает. Сильно.
И Джону было ненавистно его бессилие.
Но, потом он вспомнил, что даже будь все иначе, Хекс бы не приняла его помощь. Она ясно дала это понять.
***
Хекс сидела на кровати в своем доме на берегу Гудзона, низко опустив голову, упершись руками в матрас. Рядом с ней, на покрывале, лежало письмо, которое ей передал айЭм. Вскрыв конверт, она прочла послание, свернула его по изящным линиям сгиба и снова убрала."
"Склонив голову набок, Хекс посмотрела сквозь замерзшие окна на грязную, мрачную реку. Сегодня было ужасно холодно, температура замедлила течение воды, покрыла льдом каменистый берег.
Рив был таким ублюдком.
Когда она поклялась ему, что позаботится о женщине, Хекс не могла представить, сколь поверхностной была клятва.
В письме он взывает к ее обету, и объявляет, что той женщиной была она сама: она не придет за ним, никоим образом не подвергнет опасности жизнь принцессы. Более того, в случае, если она предпримет, хоть что-нибудь относительно него, Рив откажется принять ее помощь и выберет остаться в колонии, независимо от того, на что она пойдет во имя его спасения. Наконец, он указывает, что если она решит пойти против его желаний и своего слова, то айЭм последует за ней в колонию, а это подвергнет риску жизнь тени.
Хренов. Ублюдок.
Идеальный эндшпиль, достойный Ривенджа: она могла нарушить клятву, могла придумать способ образумить своего босса, но на ее совести уже была смерть Мёрдера, а сейчас еще и Ривендж. Имя айЭма в списке убьет ее.
К тому же, Трэз отправится вслед за братом. И значит, их станет четверо.
Связанная по рукам и ногам этой ситуацией, она вцепилась в край матраса так сильно, что предплечья начали дрожать.
Каким-то образом в ее руке появился нож; лишь позднее она вспомнит, как встала и прошла голышом через всю комнату, чтобы достать лезвие из ножен.
Вернувшись к кровати, Хекс подумала о мужчинах, которых потеряла в своей жизни. Увидела в воображении длинные волосы Мёрдера и глубоко посаженные глаза, вечную щетину на широком подбородке… услышала его акцент из Старого Света, вспомнила его запах пороха и секса.
