Последовала долгая пауза, которая вызвала у нее какое-то тревожное чувство, что ее вполне можно было заполнить обоюдным «Я люблю тебя», если бы у обоих хватило на это смелости.
– Приятных снов, – выдохнул он.
– И тебе, если у тебя это получится. И послушай, если не сможешь заснуть, набери меня. Я отвечу.
– Я так и сделаю. Обещаю.
Опять последовало молчание, как будто каждый ждал, когда другой повесит трубку.
Элена засмеялась, хотя от мысли о том, чтобы позволить ему уйти, заболело сердце.
– Ладно, на счет три. Раз, два…
– Подожди.
– Что?
Какое-то время он молчал.
– Я не хочу, чтобы ты вешала трубку.
Она закрыла глаза.
– Я чувствую то же самое.
Ривендж испустил низкий и медленный вздох.
– Спасибо. За то, что осталась со мной.
Слова, пришедшие ей на ум, не имели никакого смысла, и она не была уверена, что стоит произносить их вслух, но все же, она это сделала:
– Так будет всегда.
– Если хочешь, можешь закрыть глаза и представить меня рядом с собой.
Как я держу тебя в своих объятьях.
– Я так и сделаю.
– Хорошо. Приятных тебе снов. – И он первым повесил трубку.
Элена отняла телефон от уха и нажала кнопку завершения вызова. Клавиатура засветилась ярко-голубым светом. Телефон был теплым от того, что она продержала его в руках так долго, и она провела по плоскому экрану большим пальцем.
Всегда. Элена хотела быть рядом с ним всегда.
Клавиатура потемнела, потом и вовсе погасла, что вызвало у нее какую-то панику.
Но она все еще может позвонить ему, не так ли? Это будет выглядеть жалко и убого, но он ведь здесь, на этой планете, даже если не говорит с ней сейчас по телефону.
И у нее всегда есть эта возможность позвонить ему.
Боже, сегодня умерла его мать. И из всех людей, с кем он мог провести все это время, он выбрал ее.
Закутав ноги в одеяло, Элена свернулась калачиком, крепко прижав телефон к груди, и забылась сном.
Глава 39
Выжидая в паршивом ранчо, которое он решил использовать в качестве наркопритона, Лэш сидел на стуле, на который в своей прошлой жизни не позволил бы сесть даже своей собаке. Это был Баркалонжер, дешевый, набитый, хрен знает чем, кусок дерьма, который, к сожалению, был удобным, как хрен знает что.
Не трон, конечно, но чертовски неплохое место для того, чтобы припарковать свою задницу.
