– Еще раз. Сожми себя. – Когда она вздрогнула, и произнесла его имя, он быстро дал ей следующую команду. – Подними юбку для меня. Так, чтобы она собралась вокруг талии. Отложи ненадолго телефон и сделай это как можно быстрее. Я очень нетерпелив.
Она позволила телефону упасть на кровать и задрала юбку выше на бедра. Ей пришлось шарить рукой, чтобы найти телефон, а когда она нащупала его, быстро поднесла обратно к уху.
– Алло?
– Боже, какой приятный звук... Я слышал, как ткань скользит по твоему телу. Я хочу начать с твоих бедер.
Сначала отправляйся туда. Не снимай колготки и погладь себя.
Он словно дирижировал ее прикосновениями, усиливая ощущения так же, как это делал его голос.
– Вспомни, как это делал я, – сказал он хрипло. – Вспомни.
– Да, о да...
От предвкушения она задыхалась так сильно, что почти не слышала, как Рив прорычал:
– Я так хочу почувствовать сейчас твой запах.
– Выше? – спросила она.
– Нет. – Когда его имя протестующе сорвалось с ее губ, он засмеялся смехом любовника, низким и глубоким, удовлетворенным и обещающим.
– Проведи рукой по своему бедру, затем выше, по всему бедру, теперь ниже.
Она сделала, то о чем он просил, и сквозь ласки слушала, как он говорит с ней:
– Я так люблю быть с тобой. Не могу дождаться момента, когда сделаю это снова. Знаешь, что я делаю сейчас?
– Что?
– Облизываю свои губы. Потому что, думаю о том, как прокладываю дорожку из поцелуев на твоих бедрах, а затем мой язык оказывается там, где мне сейчас до смерти хочется быть. – Она снова простонала его имя, и была за это вознаграждена.
– Иди туда, Элена. Туда, где заканчивается пояс твоих колготок. Иди туда, где хочу быть я.
Когда она это сделала, то сквозь тонкий нейлон почувствовала все тепло, что накрыло ее тело от их разговоров, отчего между ног стало совсем влажно.
– Сними их, – приказал он. – Колготки. Сними их, но далеко не убирай.
Элена снова отложила трубку, и, не задумываясь, начала снимать колготки. Едва нащупав рядом свой сотовый, она уже знала, что потребует Рива сказать ей, что будет дальше.
– Запусти руку в свои трусики. И расскажи мне, что там.
Последовала пауза.
– Ох, Боже... Я влажная.
На этот раз застонал Ривендж, и Элена подумала, возбудился ли он: она видела, что он был способен на это, и потом, импотенция не всегда означает, что эрекция невозможна. Она просто значила, что по каким-то причинам было сложно кончить.
Господи, ей тоже хотелось дать ему пару команд, тех, что бы совпали с его сексуальными возможностями.
