Элена просияла, засветилась изнутри, и внезапно Риву захотелось, чтобы она снова оказалась обнаженной, чтобы он мог войти в нее: связующий инстинкт в нем вопил, и единственное, чем он мог его успокоить, это сказать себе, что оставил на ее коже свой запах.
– Напиши, когда приедешь в клинику, чтобы я знал, что ты в безопасности, – попросил он.
– Так и сделаю.
Последний поцелуй, и она исчезла в ночи.
Уходя от Ривенджа, Элена словно парила, и не только потому, что дематериализовалась для визита в клинику. Для нее ночь больше не была холодна, она была свежа.
Ее форма не помялась от того, что была брошена на кровать, она словно пребывала в искусном беспорядке. Ее волосы были не растрепаны, а лежали свободными волнами.
И вызов в клинику казался не помехой, а открывшейся возможностью.
Ничто не могло вернуть ее на землю с этой раскаленной добела высоты. Она чувствовала себя одной из звезд в бархатном ночном небе, недоступной, неприкосновенной, далекой от земных раздоров и распрей.
Когда Элена приняла форму перед гаражами клиники, ее внутренний свет слегка угас.
Казалось несправедливым, что сейчас она могла испытывать подобные чувства, учитывая произошедшее накануне: она могла спорить на что угодно, что семья Стефана теперь не способна ощутить подобную радость. Ради Бога, они только что завершили похоронный ритуал... Пройдут годы, прежде чем они смогут чувствовать что-нибудь, хоть отдаленно напоминающее то, что сейчас пело в ее груди при мысли о Риве.
Если семья вообще сможет почувствовать хоть что-нибудь вновь.
У нее возникло предчувствие, что его родители уже никогда не станут такими, как прежде.
Выругавшись, она быстро пересекла парковку, ее туфли оставляли на чистом свежевыпавшем снегу маленькие черные следы. Будучи сотрудником, она быстро прошла через контрольно-пропускной пункт и направилась в комнату ожидания. Войдя в приемную, она сбросила пальто и направилась прямо к стойке регистрации.
Медбрат, что сидел за компьютером, поднял голову и улыбнулся. Родес был одним из немногочисленных сотрудников мужского пола, и, безусловно, любимцем, одним из тех, кто находил общий язык со всеми, легко дарил приветствия, улыбки и объятия.
– Эй, красотка, как де... – Он сдвинул брови, когда она подошла ближе, а затем отодвинул стул подальше, увеличивая пространство между ними. – Э... привет.
Нахмурившись, она обернулась, ожидая увидеть позади себя чудовище, учитывая то, как он отпрянул от нее.
– Ты в порядке?
– О, да. Абсолютно. – Его взгляд стал острым.
