Хекс не была ангелом, добрым к нему без всякой на то причины. Она была темной, опасной и непредсказуемой.
И он любил ее.
Джон махнул ей рукой и повернул за угол, смешиваясь с толпой людей, путешествующих из бара в бар.
***
Хекс так и осталась стоять на месте, даже когда большое тело Джона исчезло из вида.
Один на миллион, подумала она еще раз. Такой парень встречается один на миллион.
Вернувшись в клуб, она уже знала, что это лишь вопрос времени, когда его приятели, или, может быть, Братство появится здесь, чтобы найти его.
Она скажет им, что не видела Джона и не имеет ни малейшего понятия, где он может быть.
И точка.
Он защитил ее, она защитила его.
Конец.
Она направлялась в VIP-зону, когда сработал ее наушник. Когда вышибала замолчал, Хекс выругалась и поднесла к губам часы, произнося в микрофон:
– Приведи его ко мне в офис.
Убедившись, что на танцполе не было работающих девочек, она вышла в общую часть клуба и стала наблюдать, как сквозь толпу тусовщиков ведут детектива де Ла Круза.
– Да, Куин? – спросила она не оборачиваясь.
– Господи, да у тебя, должно быть, глаза на затылке.
Она взглянула через плечо.
– И ты должен всегда об этом помнить.
Аструкс Нотрам Джона был из тех мужчин, которых большинство женщин хотели бы трахнуть. Да и мужчин тоже. На нем была черная рокерская футболка, надетая поверх рубашки от Affliction и байкерская куртка, но в целом он был ходячим стилевым противоречием. Ремень с клепками и подвернутые, изодранные в хлам джинсы, заставили бы группу The Cure рыдать от зависти.
За черные, стоящие торчком волосы, проколотую губу и семь черных гвоздиков по всей раковине левого уха, его запросто можно было принять за эмо. Нью Рокс на четырехдюймовой подошве выдавали в нем гота. А татуировка на шее вносила в общий вид тяжелый шик от Hart&Huntington.
А оружие, которое, она точно знала, у него имеется – он что, его под подмышками держал? У него были накачанные, как у Рэмбо, руки, и кулаки, под стать мастеру боевых искусств.
"
"Весь его облик, несмотря на несоответствие стилевых элементов, олицетворял чистый секс, и, судя по тому, что она видела в клубе, до недавнего времени он пользовался свой внешностью по полной программе. К слову, приватные комнаты в задней части клуба стали ему как дом родной.
Хотя, после того как его возвели на должность личного телохранителя Джона, он поумерил свой эротический пыл.
– Что случилось? – просила она.
– Джон был здесь?
– Нет.
