– Нет, – внимательно рассмотрев женщину, твердо заявила Алиса, – совершенно определенно: нет, я не знаю и никогда не встречала эту женщину.
– Может, забыли?
– У меня очень хорошая память, Александр, – уверила она официально-холодным тоном.
– Ну ладно, – тягостно вздохнул полицейский, убирая свой телефон в карман. – И для протокола… – снова театрально преувеличенно вздохнул он, демонстрируя необходимость спрашивать неприятные вещи у столь милой и симпатичной ему девушки. – Где вы были и что делали вчера между тремя и пятью часами дня?
– Предполагается, что это я ее укокошила? – приподняв бровки, посмотрела на него удивленно Алиса.
– Что, меня снова подозревают в убийстве?
– Это всего лишь формальность, – поспешил уверить ее Александр.
– Только потому, что вы нашли у нее записюльку с моим адресом и ФИО, вы заподозрили меня в смертоубийстве? – тотчас же отказалась уверяться в формальности Алиса.
– Нет, вас не подозревают, но мы должны исключить любые нерабочие версии, – изобразил неприятную необходимость мимикой Саша.
– Поэтому майор Гринец не пришел с этим вопросом лично, а прислал вас? – усмехнулась Алиса. – Мы же с ним почти подружились, а тут такая незадача: опять эта дамочка из хорошего человека перекочевала в разряд обвиняемых.
– Следователи комитета редко ходят на опрос населения, они работают в кабинете, с поступающими к ним данными по делу, а для опроса приглашают граждан в управление. В основном же это оперативная работа, – даже как-то обиделся за наговор на Петра Федоровича Александр.
– Прошлый раз он к вам сам пришел из уважения и потому что вы важный и ценный свидетель.
Не вмешивающийся в их беседу Кедров громко хмыкнул на это замечание оперативника, сверкнув на того веселым взглядом, откровенно посмеиваясь над ролью простачка, которой тот старательно придерживался, и его завуалированными формулировками.
– Лесть и мягкое предупреждение одновременно, – поддержала иронию Дениса Алиса, усмехнувшись следом за ним. – Вы, Александр, наверное, хороший оперативник, а актер так себе, не очень.
Ладно, тогда из уважения к товарищу майору и отвечу, – согласилась она, уже совсем откровенно посмеиваясь. – Вчера днем, между тремя и пятью часами я была дома, поскольку нахожусь на больничном.
– И кто это может подтвердить? – показательно-расстроенно посмотрел на нее оперативник.
– Это могут подтвердить мои сотрудники, с которыми мы работали в режиме онлайн-конференции, то есть в прямом эфире, где-то с часу дня до шести вечера, – уведомила Алиса.
