И вы его полюбите, как я… сильно-сильно…
Вадим спрятал лицо в ладонях от стыда перед ней, он мотал головой, отмахиваясь от мыслей, что он её столько раз подводил, и она всё ему прощала, и он подводит её прямо сейчас. Будто отказывается от своих детей, этого Катя не простит ему никогда.
Он вообще не думал о маленьких детях, которые несколько дней лежали где-то там в другой больнице. Без Кати они будто не имели никакого смысла в его жизни. Катя ошиблась в нём, в который раз, он эгоистичная сволочь, а она его так и не разглядела до конца.
Влюбилась, глупая дурочка.
Глава 48. По ту сторону
Вадим собрал себя по кусочкам и пришёл брать на себя ответственность. Его завели в отдельную палату, сказали подождать, их сейчас привезут, как закончится кормление.
В палату завезли каталку с двумя маленькими завернутыми в пеленки кульками. Медсестра приветливо улыбнулась Вадиму, который не отрываясь, смотрел на инопланетных существ у неё в корзинке для человеческих детенышей.
— Они хорошо покушали, спят, но это ненадолго.
Очень беспокойные и голосистые, — улыбнулась женщина.
«Как и их мама» — подумал Вадим. Мама. Катя теперь была в новой роли, впервые за всё это время, он осознал, что Катя стала матерью двоих детей, а он всё никак не может стать им отцом.
— Давайте, папочка, садитесь в кресло, я вам дам сначала одного, потом другого.
— Не надо, я просто посижу рядом. Оставьте, нас, пожалуйста."
"— Хорошо, мой телефон у вас есть. Звоните, если что
«Какие же они страшненькие» — думал Вадим, сидя в кресле напротив каталки и всматриваясь в своих детей.
Они были для него каким-то чужеродными предметами в комнате, он ничего к ним не чувствовал. Страшный кошмар Кати сбылся наяву — дети ему были не нужны.
Когда она была беременна и дети были внутри неё, он воспринимал их как нечто целое и испытывал чувство нежности к ней и её содержимому, но теперь он снова и снова осознавал, что не чувствует ничего к отделившимся от неё деталям. Ни жалости, ни умиления, ни тем более любви.
Ничего.
Один из ненужных детей вдруг открыл глаза, мутно-синие, как у всех младенцев. Вадим застыл, глядя на него, он читал, что в первый месяц новорождённые ничего не видят. Может, маленькое существо его не заметило? Но оно не умело читать, и не знало, что видеть в его возрасте не положено, и сфокусировал синие бусинки на мужчине, который боялся дышать. Пухлые щечки задвигались, а губки начали искать вкусную соску, которая давала питательную смесь.
