Напоследок, вдыхая кислород в лёгкие он хотел насытиться ею, пусть и в своих мыслях.
Катя, женщина, которая смогла затмить воспоминания о той, которую он потерял. «Убил» — тут же напомнил себе Леонид, сжимая дрожащий кулак. Он оправдывал себя все эти годы, тем, что был пьян, тем что разозлился, тем, что она его довела. Но реальность была таковой — он убийца. И он хотел убить и её, Катю. За то, что как и Оксана, она никогда не была бы только его женщиной.
После смерти своей жены он жил будто в каменной пещере, где её имя отдавало гулким эхом от стен.
В ней он был один, наедине со своим одиночеством и поступком, который совершил. Её черты постепенно стирались из памяти. С личной жизнью у него не складывалось, да он и не хотел больше складывать этот пасьянс, в нём не хватало нужной карты — дамы треф.
В каждой женщине он видел знакомые черты, и его это убивало. Лишь Катя казалась ему другой. Пусть он понимал, что она с ним не будет никогда, он смирился с этим. Пока с появлением Вадима все его воспоминания не ожили и не стали реальными.
Как реальной стали его мысли о мести, он ещё не знал, как он это реализует, но установил камеры в её кабинете. Ему нравилось за ней наблюдать, как она ругается по телефону, наматывая круги по своему кабинету, как сидит в кресле, тыкая пальчиком в планшет и хмуря бровки. Всё в ней было прекрасно, ровно до того момента, как к ней присоединялся Вадим.
Этот её восторженный взгляд на него, так раздражал Лёню, что хотелось выколоть кукле глаза.
Леонид рассчитывал, что они будут трахаться, как кролики, в своём общем кабинете, но они оба его разочаровали. Он так хотел увидеть её голой, что когда увидел предпосылки к тому, что у них с Вадимом будет секс, он задрожал от возбуждения, но нет.
Её партнёр будто знал, что за ними наблюдают и не раздел её до конца. Леониду досталось лишь наблюдать её оргазмические судороги, отпечатавшиеся на лице. И она была так прекрасна в этот миг.
Между ними был не просто секс, это было понятно, по тому как к ней относится Вадим, как он обнимает её, прижимая к себе, будто самого близкому человека в жизни.
В их кабинете, когда они встречались, видимо, после того, как не ночевали вместе, они притягивались друг к другу магнитом и целовались, нежно, осторожно, не как любовники, а как двое любимых.
Вадим не мог прожить без контакта с ней ни минуты, часто подходил к ней и обнимал, целуя в волосы, пока она что-то весело щебетала ему под подбородком.
