"
"Через двадцать минут ко мне спустился старший инспектор по экономическим преступлениям. У него погоны были майорскими, а вот его отец начальник управления. Неплохо.
— Мы вызвали судью из Тверского. Будет вам залог. Большой, — предупредил Субботин, — а дальше будем работать.
— Спасибо, — я пожал его руку. — В долгу не останусь.
— Да ладно, — улыбнулся он. — Своих не бросаем.
Дину продержали до часа ночи, скоты, хотя залог в три миллиона я внес сразу после оглашения. Расценки конские, конечно: обычному гражданину не вывести.
Когда увидел ее — обнял крепко. Никогда больше она не переступит порог этого места!
— Любимая моя… — от себя отпустить не мог. — Я чуть с ума не сошел…
— Макс… — она прижалась ко мне так доверчиво, с облегчением, защиты искала. — Это какой-то ужас…
— Поехали отсюда. Нечего нам здесь делать.
Ночью через центр ехать одно удовольствие. Я жил в центре Европы, но красивей Москвы города не видел. Только сейчас она угнетала. Как мы ничтожны перед властью. Не важно виновны или без вины виноватые.
Дина тихо пересказывала свой разговор с фсбэшником. В Конституции права и свободы гражданина — верховная ценность. Ага, как же.
— Мне кажется, здесь замешана твоя мачеха, — горько закончила Дина.
— Она до такого не додумалась бы в одиночку. Тут кто-то из «Астронефти».
— И у меня завелся предатель. Кто-то давал печати. Возможно, это фальсификация, но следователь слишком уверен.
— Не волнуйся, мы найдем и выловим всех крыс.
— Макс, меня посадят? — очень тихо спросила. Я нашел ее ладонь, мы пальцы скрестили и одновременно сжали крепко.
— Дина, ты туда не вернешься. Я не позволю. Мы вместе и всегда будем вместе. Ты и наш сын — самое главное в моей жизни. Я вас защищать буду от всего.
Дина улыбнулась сквозь слезы и поцеловала наши сплетенные пальцы.
— А где Матвей? Что ты ему сказал?
Вот сейчас нужно осторожно. Она на нервах вся.
— Дина, так вышло…
— Что? В смысле? — прервала взволнованно.
— Успокойся, все нормально. Я когда приехал, Матвея мне не отдали, я ведь никто, — хмыкнул.
Хотел сдержать горечь, но не вышло. — Они Савину позвонили.
— Он у Жени?! — воскликнула нервно.
— Он у твоей свекрови. Матвею было некомфортно: он не знал, как вести себя с нами. Савин предложил отвезти его к бабушке. Матвей обрадовался. Я точно знаю, что он отвез его и уехал. Мой человек у ее дома. Хочешь, заберем его?
— Поздно уже. Они спят.
— Дин, — я повернулся к ней, когда остановились на светофоре, — вам домой сейчас нельзя. Мало ли что.
