— Я люблю тебя, Дина! Ты что не понимаешь этого! Только тебя!
— Любишь? — переспросила я. — Когда любят — не изменяют любимой!
— А любимая должна заметить, что любимый изменяет, а? — Женя резко подскочил, схватил меня за плечи, встряхнул с силой. — Жена должна такое чувствовать? Или жене похуй?!
— Не смей меня винить, понял! — я дернулась, но тщетно. — Я любила тебя…
— Не ври!
Я на носки привстала, схватила его лицо и громко крикнула:
— Я любила тебя! И могла бы любить сильнее, если бы ты не душил меня своей подозрительностью.
Но того, кем стал, я ненавижу! После всего, что узнала… Сколько их было, а? Сколько? — Я хотела знать. Я смотрела ему в глаза. Я не дам ему солгать! — Сколько было женщин?
— Дина…
— Сколько? — крикнула я.
— Достаточно! — Женя тоже кричал.
— Достаточно, — я ударила его. — Достаточно… — и еще. — Достаточно! — затем снова. На его щеках алели следы моих ладоней, но он совсем не пытался перехватить мои руки.
— Ты сама-то ночью, где была?
— Ты знаешь, где и с кем.
— Сука.
— Пускай так. Но я приехала в клинику, чтобы рассказать. Я не собиралась лгать тебе. — Обычно я не жестока, но сейчас желала сделать ему больно. — Я ведь не хотела работать с Барсовым, я отказала ему. Но когда понадобились деньги, пришла. Это ты, понимаешь? — Я взяла его ладони в свои. — Ты своими руками толкнул меня в его объятия. Это все ты!
Женя рвано и быстро дышал, глаза практически черными стали, а вены на руках вздулись. Мы оба были как оголенные нервы.
— Он отец Матвея?
Я молчала.
— Отвечай.
Пусть мучается догадками!
— Я сказал отвечай! — и стиснул мои ребра до хруста.
— Да! Да! Да! — психанула я, затем обессилила. Словно выключили меня. Уйти мне нужно. Невозможно, больше рядом находится. — Я ухожу, Жень, — руки его отцепить от своей талии попыталась. — На развод сама подам. Мне ничего не нужно, только наши с Матвеем вещи соберу. Самое необходимое.
— Блудный папа вернулся и тебя уже не нужно спасать, верно?
— Отпусти меня, — мне стало тяжело дышать от его крепких объятий.
— Нет, красавица моя. Ты никуда не уйдешь.
— Женя, пожалуйста, дай мне уйти…
— Нет, — и он грубо к губам моим прижался. Я вздрогнула от неожиданной боли в ноге. — Ты никуда не пойдешь. Я докажу, что только я люблю тебя любую: и леди, и шлюху.
Глава 32
Макс
Дина закончила разговор. Я отложил телефон и крепко задумался. Переживает. Нервничает. Тяжело ей. Наверное, так и должно быть, когда жизнь меняешь, но меня коробила эта нерешительность.
