- Так, я скорую пойду встречу, - подскочив с корточек, Ярик вылетает из номера, оставляя меня в романтической обстановке с дремлющим боссом и такими же пришибленными муравьями.
- Нет, подожди! - испуганно восклицаю, когда дверь захлопывается.
Громкие звуки будоражат Высоцкого. Прорычав что-то нечленораздельное, он поворачивается на бок. Я и моргнуть не успеваю, как сильные руки сгребают меня в охапку и впечатывают в твердое тело. Арс обнимает меня, словно мягкую подушку, и я не могу выбраться. Даже когда его дыхание выравнивается, хватка все равно не ослабляется.
Базовые инстинкты работают исправно.
Глава 17
Короткое время спустя...
Нервно меряю шагами пол, пока волшебники скорой помощи колдуют над боссом-ворчуном. Арс отмахивается от них спросонья, как от стаи голубей, бубнит, что у него все в порядке, и требует «белобрысого ангела». Это так приторно и несвойственно грубому шефу, что начинаю скучать по хлебобулочным прозвищам.
Фельдшер, щуплый паренек, то и дело косо поглядывает на меня.
Мало того что я выгляжу, как потрепанная жизнью горничная по вызову, так ещё и вывалилась из объятий босса, будто птенец из гнезда, когда бригада в белых халатах ворвалась в номер без стука.
Одергиваю порванную юбку, плотнее запахиваю кофту на груди, придерживая разошедшееся декольте пальцами вместо потерянной пуговицы.
- Так, Славка, - толкает меня в бок Ярик, оставив медиков. – Я ещё врача вызвал, которого Арс в штат отеля взял недавно. Сказал, мол, гостям понадобится квалифицированная помощь после новогоднего похмелья, а на дорогах пробки.
Раз мы пять звезд, то должны всех спасать на месте! – цитируя Высоцкого, он встряхивает банку с оставшимися в живых муравьями, и те сползают по прозрачным стенкам. Я отступаю в сторону – мне хватило «общения» с рыжими солдатами. Вздохнув тяжело, брат укоризненно добавляет: - Как в воду глядел. Только бояться надо не пузырьков шампанского, а моей коварной сестры, - смотрит на меня исподлобья. – Так что случилось, расскажешь?
- Не сейчас! При посторонних - ни слова! – фыркаю, пригрозив ему пальцем.
Убедившись, что Ярик будет молчать, я поворачиваюсь к входу, где появляется высокий, представительный доктор с чёрным чемоданчиком. Выглядит как спецагент. Важно огибает меня, гордо выпятив двойной подбородок, и направляется к постели нашего беспокойного больного.
- Арсений Геннадьевич, вызывали?
- Ты ещё кто такой? – рявкает тот, сорвавшись с цепи, как бешеный пес. – Собрали тут целый консилиум.
