Сквозь полудрему пробиваются убаюкивающие нотки, как будто кто-то играет на рояле. Смутно узнаю мелодию из сказки «Красавица и Чудовище».
Мыслями возвращаюсь в детство, где не было никаких кредитов, квартир, обязанностей, Паш и прочих шероховатостей взрослой жизни. Просто наслаждаюсь моментом. Давно мне не было так хорошо и уютно. На душе полный штиль, красивая музыка бьет по нервным окончаниям, согревает тело, разливается сладкой патокой по венам.
- Разбудите в пять утра, чтобы босс-вампир пил мою кровь вовремя, - бубню сонно.
- Ничего себе заявочки, - летит насмешливо вместе с очередным аккордом, и я широко распахиваю глаза. - Ты там правда уснула, Кексик? Да я чертов заклинатель змей, - раздается добродушный смех, от которого мне хочется спрятаться под одеяло.
- Дядь Арс, иногда лучше играть, чем говорить, - скептически тянет Маруська, мило сморщив носик. Неодобрительно скрещивает руки перед собой.
Выглядываю из-за спинки дивана в поисках Арсения. Он величаво сидит вполоборота, облокотившись о рояль.
Одна его кисть свободно свисает над клавишами, вторая – упирается в бедро, барабаня по нему длинными пальцами, будто продолжает играть. Плутовской, нахальный взгляд впивается в меня, сонную и растрепанную. Один уголок мужских губ ползет вверх, рисуя на расслабленном лице мягкую полуулыбку. На дне зрачков – зелёные языки пламени. Кружатся в танго, тянутся ко мне, согревают и жалят ожогами.
Босс невероятно притягательный… как все бабники. И мне не нравится, что я беззастенчиво любуюсь им, наплевав на правила приличия, субординацию и кольцо на пальце.
Проснись, Слава!
- Мне нужно… в ванную, - выпаливаю и вскакиваю с места, пока с губ не сорвалось: «Как можно дальше от вас».
На негнущихся ногах, словно на костылях, шаткой походкой, далекой от модельной, мчусь в спасительную комнатку. Ожидаю от Высоцкого очередной издевки в спину, но он молча провожает меня взглядом, который я ощущаю физически. Жар прокатывается вдоль позвоночника вниз и концентрируется на бедрах, невольно виляющих в такт быстрой ходьбе.
Сжимаю руки в кулаки и еле держусь, чтобы не прикрыться ими машинально и не выдать себя с головой. Скрываюсь за дверью, но выдыхать не спешу.
- Вот что я здесь делаю? – спрашиваю у своего отражения в зеркале. – Черт, ещё и тушь размазалась.
Сбрызгиваю лицо холодной водой, открываю шкафчик в поисках ватных дисков, но в раковину вываливаются пузырьки с таблетками. Этикеток на них нет, а лишь наклейки с рекомендациями, как их принимать.
