Ещё один юморист! Я их притягиваю магнитом? Может, у меня на лбу написано: «Пошути со мной»?
- У вас, мужчин, так принято – идиотские прозвища выдумывать? К вашему сведению, Белоснежка была брюнеткой, а меня зовут Мстислава Вла… - чеканю, как робот с заложенной программой. За полдня я столько раз свое имя повторила, что меня саму от него тошнить начинает. Экстренно осекаюсь, осознав, что передо мной не бесящий Высоцкий, а всего лишь водитель, который ни в чем не виноват. Наоборот, это я чуть его имущество не повредила.
- Забудьте. Спасибо, что подвезли, - произношу мягче и, оставив опешившему мужику крупную купюру, шагаю к подъезду. – Сдачу оставьте себе, - выпаливаю по привычке.
Каблуки увязают в снегу. Хватаюсь за поручень, чтобы не поскользнуться на ступеньках.
Втягиваю носом морозный воздух и выдыхаю клуб пара.
Ты свихнулась, Слава? Деньгами разбрасываешься, как раньше, а работы уже нет! Сама же психанула и уволилась."
"- А что мне оставалось? – спорю сама с собой, медленно поднимаясь по лестнице.
Лифт специально не вызываю – ассоциации плохие и… волнующие. Пульс зашкаливает от одного воспоминания о том поцелуе. Яростно протираю губы тыльной стороной ладони, будто на них осталось клеймо. – Спать с боссом за премию, пока он не найдет другую ударницу труда? Нет уж, увольте!.. Что он и сделает, оставив меня без средств к существованию.… Э-эх, черт!
Мой тяжелый, обреченный вздох разносится на весь подъезд, эхом отдается от стен. Останавливаюсь напротив своей квартиры, упираюсь лбом в дверь, нервно перебирая связку ключей в руке.
- Задрали твои муравьи! По всей квартире, - по ту сторону деревянного полотна Паша орет, как потерпевший. – Я их уже в трусах нахожу!
- Мои все на месте! В душе не секу, что там у тебя завелось. Стирать вонючие вещи вовремя надо, а не ждать, пока Славка с работы вернется и машинку запустит, - дерзит в ответ Ярик.
- Я сейчас просто выброшу твою ферму в окно, - разговор быстро перетекает в банальные угрозы.
Отвратительный метод воспитания, не одобряю.
- Мне ее сестра покупала, значит, ей и решать!
- Приживала!
- Альфонс!
- Что здесь происходит?
Резко распахиваю дверь, и оба замирают, как нашкодившие котята.
Не знаю, плакать мне или смеяться. Чувствую себя задолбанной жизнью матерью, которая вернулась домой в разгар ссоры своих сыновей, причем маленьких. Одному тридцать, другому восемнадцать, но порой мне кажется, что у них уровень развития школьников.
