Если будете хорошо себя вести, мы вышлем вам пригласительные, - язвительно ухмыляется Высоцкий, но меняется в лице, когда переключается на отца. Вежливо протягивает ему руку. - Владимир, приятно было с вами познакомиться.
- Взаимно, - папа охотно пожимает ладонь Арсу. - И прошу прощения, я поторопился с выводами. Хороший ты мужик, правильный. Береги мою Славку.
Растерявшись, он замирает на секунду, а затем рвано выдыхает:
- Постараюсь.
Проводив взглядом родителей, лукаво и напыщенно косится на меня, мол: «Слышала? Я такой!»
Оставшись наедине с ним в просторном зале, я больше не могу сдерживать эмоции.
Всхлипываю шумно, и по щекам непроизвольно текут слезы. Лихорадочно прячу лицо, но он успевает заметить.
- Ты чего расклеилась? – теряется Арс, но тут же притягивает меня к себе. - Не реви. Давай пообедаем в ресторане вместе, - предлагает, поглаживая меня по голове. Кажется, будто приглашает на свидание, но… сам же рушит всю романтику. - Ты у меня такая красивая, вкусная, но только здесь я могу держать себя в руках.
Пока что… В номере опять все мозги вниз стекут, рядом с тобой я это не контролирую, - делает чисто Высоцкий комплимент и хрипло смеется, чмокая меня в макушку.
- Арс…"
"- Не рычи, кошечка, - шикает на меня, покачивая в объятиях. - Знаю, ты заслуживаешь большего, но тебе достался я. Терпи. Идём выберем столик, - подцепив мой подбородок, заставляет меня посмотреть ему в глаза. – Тц, чёрт, да что? Опять что-то не то сказал? Почему ты так на меня смотришь?
«Потому что втрескалась в тебя по уши», - бешеной колибри пролетает в мыслях, но вслух я это не озвучиваю.
Самой страшно от накативших чувств – незачем ещё и босса пугать.
- Я согласна, - сипло шепчу.
Не только на столик... Согласна на всё.
Глава 28
Полтора месяца спустя
Арсений
- Арсений Геннадьевич, можно?
Вопрос для галочки, потому что звучит он уже после того, как Слава грациозно вплывает в кабинет, покачивая пышными бёдрами и прижимая к аппетитной груди стопку бумаг. Разрез на деловой серой юбке загадочно расходится при каждом шаге, пуговицы на строгой, белоснежной блузке заманчиво натягиваются, а две верхние – и вовсе не застегнуты, открывают взору соблазнительную ложбинку.
Казалось бы, что я там не видел? Последний бастион пал, крепость завоевана – и смирилась со своей участью. Правда, все равно порой закидывает меня копьями и купает в горящей смоле, но ночью один чёрт мы заключаем перемирие в постели.
За эти недели я исследовал мою Булочку вдоль и поперек.
