Отпрыгав в быстром ритме несколько минут, остановилась отдышаться. В голове от тряски немного прояснилось. Уже лучше. Так, теперь нужно вывести на разговор эту девочку. Сжимаю пальцами виски.
— Ида, вам плохо? — служанка близко не подходит, видимо, боится моего гнева.
— Кэра, — подзываю девчонку, и она мелкой поступью, не выпуская огромного для ее размеров ведра подходит ближе, — помоги мне помыться.
Она вдруг поднимает на меня карие глаза и таращится так, что аж не по себе стало.
— Что-то не так? — удивленно приподнимаю брови.
— Но, Ида, вы же до этого предпочитали, чтобы вам помогал мыться Амин, — она резко ставит ведро с водой и снова в поклоне сгибается пополам, — я его сейчас позову.
Я даже слова от растерянности не успела сказать, как служанки и след простыл.
Амин?"
"А мне хотелось сказать «аминь» моему душевному равновесию и только-только начавшему стабильно биться пульсу. Если я и дальше буду испытывать такой стресс, это ничем хорошим не закончится. Ищу глазами какую-нибудь ткань, чтобы накинуть на себя, совсем не хочется быть голой перед Амином.
Меня уже давно отпустила эта животная похоть, и теперь во мне поселилась стеснительная девушка по имени Лена.
— Госпожа, — слышу я за спиной голос ребенка и в шоке поворачиваю голову.
В глазах потемнело на секунду, я хлопаю ресницами и только и могу, что открывать и закрывать беззвучно рот.
— Это, к-к-к-то? — заикаясь, произношу я и пальцем трясущемся тыкаю в темнокожего мальчишку.
— Ида, — непонимающий взгляд кэры, как звонкая пощечина, приводит в чувства, — это Амин, вы что, не узнаете? Он вам помогает при купании, а я не могу касаться вас, госпожа.
Хоть у меня сейчас внутри полный раздрай, но мозг в этот момент работает, как часы. Пометочки ставит нужные в блокнотик, который я создала несколько часов назад в голове.
Раз. Два. Три… закрываю глаза и делаю шумный выдох.
— Я готова, — разлепляю веки и смотрю перед собой. Фиксирую взгляд на белоснежной колонне, которая украшена вьющимися растениями из гипса.
Мальчишка, которому на вид не больше десяти лет, подходит ко мне и забирает ткань, которой я пыталась укрыться. Твою же мать, да я вся краской залилась, когда он меня взял за руку и повел к каменному корыту, которое стояло в дальнем углу комнаты.
— Госпожа желает помыть волосы? — тоненьким певучем голосом спрашивает он, а сам подталкивает меня переступить бортик и за пальцы вниз тянет, заставляя присесть.
