А у меня от головной боли все перед глазами расплывается, но я все же поднимаю глаза на мужчину и смотрю прямо в его темные омуты. Молчу.
— Меня не было всего неделю, Лейя, и я смотрю, ты за это время крылья расправила, почувствовала себя вольной птичкой? — его длинные пальцы больно сжали челюсть с двух сторон. — Но ты просчиталась, знаешь, в чем? — он склоняется к самому моему лицу и проводит по губам большим пальцем, размазывая запекшуюся кровь — Я тебе этого не позволял.
Еще один удар, уже по другой щеке, и я опускаю глаза, полные слез и отчаяния.
— Молчишь, — сквозь зубы цедит Элат. — Ахар, возвращаемся.
Принц отвернулся и пошел в ту сторону, откуда пришел. Страж меня толкнул вслед за ним так сильно, что я упала ничком на камни. Открыла рот, чтобы закричать о помощи. От пронизывающей затылок боли я подавилась собственным криком и закашлялась. Сквозь пелену выступивших слез я смотрела на удаляющуюся спину Элата и проклинала его. Но когда Принц уже отошел от нас довольно-таки далеко, я с неизвестно откуда взявшимися чудовищными силами оттолкнула от себя Ахара и побежала прочь от него.
Это была моя последняя надежда… Надежда не просрать хоть слабую попытку своего спасения.
Я почти добежала до конца улицы, я даже успела сделать шаг на овальную площадь, освещенную фонарями, и громко заорать:
— На помощь!
Но сзади снова стукнули по голове, и на этот раз я потеряла сознание.
Элат.
— Архар, тащи ее аккуратнее."
"Принц, не сбавляя скорости и не заботясь о том, поспевает ли за ним страж, возвращался в снимаемый дом.
В его голове билась только одна мысль: насколько лживой и грязной оказалась Лейалана. Он готов был все блага и богатства положит к ногам Иды, доказать ей, что она для него больше, чем гетере, но это тварь предала его дважды. Он даже готов был ей простить первый раз, когда она по своей наивности и глупости поддалась обаянию этого прохвоста, и простил же. Дал ей шанс исправиться. Даже не приезжал целую неделю к ней, потому что понимал, что девочке нужно восстановиться, после той ночи, когда он не смог сдержать себя.
И чтобы не наломать новых дров, он провел целую неделю с Танис.
Но даже опытная любовница не смогла ему заменить Лейалану. И он места себе не находил, будто запертый в клетке зверь, метался по просторным комнатам в попытке найти хоть что-то, что могло отвлечь, заставить забыть на время об этой девчонке. Но постоянно вспыхивающие яркими образами части ее обнаженного тела возвращали его в тот дом, где жила его кошечка.
