Кравцов поделился со мной, что он из детдома, всю жизнь там провел… Откуда ему знать, что такое семейные традиции? Получается, что накануне самого семейного праздника в году я нарочно уколола его отсутствием родных и близких!
Никогда бы не подумала, что я такая сволочь бессердечная.
Мы молчали и тяжело дышали. Оба.
— Извини, не хотела тебя обидеть.
— Да… Ты тоже… Извини. Не следовало голос повышать.
— Ты говорил со мной как с провинившимся подчиненным, а я тоже наговорила лишнего. Извини.
— Уже извинил. Но надо теперь как-то… чинить… Посмотреть, что стряслось.
— А может, не надо? — спросила я с надеждой. — Леш, я верю во всякие твои корочки и острый ум, но давай ты не будешь пытаться чинить электричество? — попросила я и покраснела, поняв, что назвала его Лешей.
Как хорошо, что темно! Как же хорошо…
Я принялась раскачивать Лелю и целовать ее, успокаивая.
— Мама, не злись. Бозик починит. Он змейку чинил, и свет починит.
— Все хорошо, Лель. Мы больше не ругаемся."
"— Нужно чинить свет! Без света плохо! Кто-то воет… — всхлипнула дочурка.
— Стлашно очень!
Я услышала шорох осторожных шагов. Кравцов двинулся в нашу сторону. Меня окатило теплом его тела. Он наощупь попытался дотянуться до Лели, но сначала он нашел меня — мои плечи, волосы, лицо…
Мужские пальцы скользнули всюду, задели подбородок и невесомо коснулись губ.
Его касания заставили сердечко биться быстрее от мягких жестов. Только после этого Кравцов погладил Лелю по голове и спросил:
— Знаешь, почему буран так воет?
— Нет.
— От старания.
— От какого? — спросила дочка.
— Буран старается нанести как можно больше снега, чтобы получился большой сугроб. Огромный! — с чувством говорит Кравцов. — Это соревнования ветров.
— Плавда? Мама, это плавда?
— Конечно, — подтвердила я. — Соревнования ветров. Кто круче!
— Тогда… — задумывается Леля. — Тогда наш булан — чемпион! — заканчивает с восторгом. — Давай, давай сталайся холошенько! — вопит громко-громко. — Плиз получишь!
Через секунду добавляет, спрашивая.
— А приз какой дают?
— Приз? Эээ…
Двигаю ногой, задев голень Кравцова.
— Приз — сладкое облако ваты! — выдумывает на ходу мужчина и втягивается, рассказывая. — Со звездочками. Большому ветру достается большое-большое облако сахарной ваты. Маленькому — маленькое… Всем по заслугам. Но чемпиону — самое огромное!
— Как клуто! И вкусно! — вздыхает Леля. — Я люблю сладкую вату…
— Значит, будем желать нашему бурану победы, — добавляю я. — Он совсем-совсем не страшный.
