– О, господи! – испуганно восклицает Яся, закрывая губы другой рукой.
– Я узнаю, что произошло, и сразу же вернусь, – обещаю, не желая расставаться надолго.
– Пап? – раздаётся за моей спиной недовольный голос Руслана, и мне приходится отпустить Ясину руку. – Что ты делаешь? – спрашивает, заметив мой жест.
– Руслан, мне нужно уехать, – говорю сыну.
– С ней, – бросает пренебрежительно, кивая при этом на Ясмину."
"– Нет, – интонацией показываю, что он переходит границы. – Я сразу же вернусь.
Дело в том, чтобы поехать с сыном в тот же санаторий, который по моей просьбе настоятельно рекомендовал Авилов Ясе, мне пришлось устроить дома капитальный ремонт.
Никакой другой идеи мне просто в голову не пришло, да и к тому же я хотел убрать любые напоминания о Динаре.
– А я?
– Можешь поехать со мной или остаться здесь, – предлагаю на выбор. – Но домой вряд ли получится попасть, – напоминаю про хаос, который там сейчас творится. – Я в любом случае вернусь сюда.
– Ясно, – тянет кисло, бросает недовольный взгляд на Ясмину и уходит в сторону спортивной площадки.
– Не обращай на него внимания, – извиняюсь за поведение сына. – Он слишком многое слышал от Динары и теперь очень остро воспринимает присутствие любой женщины рядом. Плюс переходный возраст.
– Бедный ребёнок, – снова жалеет моего сына, глядя ему в след.
За Русланом, бросив ставший ненужным мяч, увязывается Кнопка, и, судя по доносящемуся щебетанию, опять донимает того вопросами.
– Не переживай. Я присмотрю за ним. – Яся переводит взгляд на меня.
– Спасибо, – шепчу, впиваясь в глубину её глаз.
Яся показывает, что ей лучше пойти за детьми, и я отпускаю её, а сам иду в корпус, взять документы и предупредить медперсонал о своём отъезде.
Уже в машине прослушиваю все новостные каналы, из которых узнаю, что известный бизнесмен Виталий Асхадов отдыхал на своей яхте, нырнул и, по словам очевидцев, больше не вынырнул. Однако его тело до сих пор не найдено.
И почему я решил, что с разводом все мои проблемы закончатся?
– Да не утонул он, понимаешь?! Не у-то-нул! – чуть ли не рвёт на себе волосы Ян.
– Почему ты так в этом уверен? – У меня сваливается гора с плеч, когда я убеждаюсь, что он не имеет к этому никакого отношения.
– Потому что дерьмо не тонет! – грубо выплёвывает слова Ян. – Красиво ушёл, сука! А лет эдак через несколько «всплывёт» как ни в чём не бывало, – друг бросает на меня полный злости взгляд, обвиняя, что я не дал ему устроить самосуд.
Я понимаю, что сейчас чувствует Ян.
